ПОБЕДА:
1941-45

ГЛАЗАМИ
ПРЕССЫ

ИСТОРИЯ
В ЛИЦАХ

СТАРЫЙ
ГОРОД

НАШ
КРАЙ

ВНЕ
ВРЕМЕНИ
ПРОШЛОЕ, НАСТОЯЩЕЕ И БУДУЩЕЕ СТАВРОПОЛЬЯ - ОБЛАСТИ, ГУБЕРНИИ, КРАЯ...

Зов неба

Тамара КОВАЛЕНКО

Когда-то появление аэроплана считалось событием необычайным, будоражившим воображение и взрослых, и детей. Запомнился мне такой случай: мы с сестрой играли на веранде дома, и вдруг послышался непонятный шум вверху, и тут же - галдеж мальчишек и девчонок за калиткой. Все кинулись на улицу, а в это время, прямо у нас над головами, покачивая крыльями с красными звездами, пролетел самолет.

Наши сверстники, задрав головы, с криком бросились бежать в том направлении, куда подалась чудо-машина, но вскоре, сообразив, видимо, что за ней не угнаться, остановились. Приложив ко лбу ладони козырьком, наблюдали, как она, описав гигантский круг, стала опускаться где-то между железнодорожной станцией и нефтебазой. Долго не раздумывая, ватага дернула туда...

Нам захотелось рассмотреть аэроплан вблизи. Поэтому мы буквально вынудили маму бросить все домашние дела и отвести нас туда, где он приземлился.

На примитивном аэродроме, обнесенном со стороны старомарьевской грунтовой дороги небольшим земляным валом, уже собралось много народа. Предмет нашего любопытства стоял на взлетно-посадочной площадке, на огромном расчищенном от чертополоха пустыре.

Сестра неожиданно оторвалась от нас с мамой и, пробираясь сквозь толпу, жалобно просила: "Пожалуйста, пропустите меня к аэроплану". Люди улыбались, уступали ей дорогу и спрашивали: "Где твоя мама?". Но она ни на кого не обращала внимания. Мама боялась упустить ее из виду, крепко держала меня за руку, и мы с трудом поспевали за беглянкой.

В тот день всех катали бесплатно. Едва летчик в темно-синем комбинезоне, в шлеме, в специальных очках, сдвинутых на лоб, вылез из кабины, а перед ним, как из-под земли, выросла маленькая, круглая, как колобок, девочка и попросила: "Дядя, покатайте меня". Авиатор улыбнулся, взял ее на руки и обратился к людям: "Чей ребенок?". "Мой", - ответила мама, торопясь к нему. Сестра отвернулась от нее, протестующе-отчаянно замахала руками и что было сил кричала: "Дядечка, покатайте меня!.." Видя колебание пилота, мама категорически возражала против просьбы младшей дочери. Но та продолжала кричать, и летчик убедил, что ничего страшного с нашей Раей не случится. Решили заодно поднять в воздух и меня.

Нас посадили в кабину самолета, пристегнули ремни. Надо было видеть, с какой радостной улыбкой моя сестра смотрела вниз! А мне пространство, мирно плывущее под нами, напоминало раскрашенный макет Земли. Летчик описал небольшой круг над полем и вскоре посадил машину. Довольные, мы побежали к маме, а из толпы до моего слуха донеслось осуждающее: "Я бы ни за что не стала рисковать детьми".

Развитие авиации на Ставрополье уходит в начало двадцатых годов. В наш небольшой провинциальный город нет-нет да и стали откуда-то прилетать аэропланы. Их прибытие считалось сенсацией и превращалось в праздник. В этом убеждаешься, когда читаешь строки в газетах тех лет: "…Близ вокзала опустился самолет "Моссовет". Его встречали представители местной власти, партийных, профсоюзных и военных организаций… На аэродроме по такому случаю был выставлен почетный караул… В три часа начался митинг, на котором выступили т.т. Захаров, Головченко и руководитель перелета Дальский… Самолет, принадлежащий обществу "Добролет", прислан для проведения агиткампании на Северном Кавказе. Накануне он побывал в Ростове-на-Дону, Таганроге, Армавире, Краснодаре. Дальнейший его путь лежит в села Благодарное, Александровское, а также в станицы, хутора, аулы".

Во многих городах и селах Ставрополья создавались ячейки Авиахима. В 1924 году в них уже состояли более девяти тысяч человек. Пока роль друзей воздушного флота сводилась главным образом к его материальной поддержке. Но деньги поступали вяло, в мизерных суммах. А молодежь все больше грезила о небе.

Члены ячейки первой госсуконной фабрики из восьми человек "внесли на покупку воздушной мотоциклетки 24 рубля, по три рубля каждый" и призвали ячейки мельницы Томского, кожзавода, мельзавода, "Красного металлиста" последовать их примеру. Консервный завод пожаловал быка… В результате было собрано 28800 рублей. Из них девятнадцать тысяч выделили на обзаведение собственным самолетом с названием "Красное Ставрополье" с тем, чтобы включить его в одну из эскадрилий нашего региона.

Учебу будущих покорителей неба возглавил руководитель авиаспорта Окравиахима опытный летчик Ф. Комиссаров. Он же создал в 1926 году и первый в городе авиаотряд с полевым городком из нескольких брезентовых палаток, размещенных на аэродроме. Это был человек интеллигентный, с хорошей военной выправкой. В период Первой мировой войны он работал на одном из петроградских авиазаводов. Тогда правительство послало на учебу в Лондонскую школу военных летчиков двенадцать увлеченных авиацией молодых россиян. В их числе оказался и восемнадцатилетний Ф. Комиссаров. Там он за короткий срок успешно освоил все типы французских, английских, немецких самолетов. После окончания учебы получил приглашение на должность инструктора в той же школе. Но Флавиан Николаевич, единственный из своих соотечественников, отказался от предложения остаться в Англии и вернулся на Родину.

В тридцатые годы в нашей стране наблюдался прямо-таки авиационный бум. Чтобы как-то подчеркнуть свою солидарность с воздухоплаванием, молодежь носила авиатки (летные шлемы). А те, кто решил связать свою судьбу с бескрайним небом, после работы или учебы брали уроки в аэроклубе. Только из нашего восьмого класса незадолго до войны на такие курсы записались Владимир Черепков, Георгий Борисенко, Леонид Кулявцев и самый неугомонный из наших мальчишек Василий Зиборов, будущий Герой Советского Союза. Не было, пожалуй, улицы в нашем околотке, где бы не нашлось хотя бы одного юного мечтателя о небе. А с какой гордостью те, кого приняли в аэроклуб, шли на занятия, нарядившись в летные комбинезоны. Преобразились, даже повзрослели вчерашние озорники Александр Данильченко, Леонид Маликов, Георгий Кудрявцев, Василий Золин… Они собирались после окончания аэроклуба продолжить образование по облюбованной специальности, чтобы летать, как Чкалов! Но грянула война. Из всех названных моих знакомых уцелели только В. Зиборов и ныне покойный Л. Кулявцев.

Источник: "Ставропольская правда", 19 августа 2000 г.

К каталогу публикаций рубрики •  Вверх