ПОБЕДА:
1941-45

ГЛАЗАМИ
ПРЕССЫ

ИСТОРИЯ
В ЛИЦАХ

СТАРЫЙ
ГОРОД

НАШ
КРАЙ

ВНЕ
ВРЕМЕНИ
ПРОШЛОЕ, НАСТОЯЩЕЕ И БУДУЩЕЕ СТАВРОПОЛЬЯ - ОБЛАСТИ, ГУБЕРНИИ, КРАЯ...

"Забытый храм"

Елена ЧЕНИКАЛОВА

Кисловодск - форпост России на Северном Кавказе, выросший из Солдатской слободы в конце 20-х - начале 30-х гг. девятнадцатого века, был открыт для русской культуры поэзией Пушкина, Лермонтова, романтической прозой Толстого. Затем он становится своеобразной Меккой и для художников. Особенно после приобретения художником-передвижником Николаем Александровичем Ярошенко усадьбы в самом центре городка. Усадьба, прозванная "Белой виллой", отстроенная заботами супруги художника Марии Павловны в виде главного жилого дома, собственно Белой виллы и нескольких флигелей, давала приют многочисленным гостям, приезжавшим полюбоваться и поработать над кавказскими этюдами.

Cвято-Никольский храмСам художник, родившийся в Полтаве и ставший по желанию отца-генерала выпускником Михайловской артиллерийской академии, одновременно окончил и Академию художеств, на протяжении всей своей жизни сочетая служение Отечеству и искусству. Проработав более 20 лет на Петербургском патронном заводе и выйдя в отставку, генерал-майор Н. Ярошенко полностью отдается живописи. К этому времени он уже прославился в демократической художественной среде картинами "Заключенный", "Всюду жизни", "Кочегар". Многие считали его социально опасным для царской России.

Ярошенко готовился написать большое полотно "Иуда" - сохранился его эскиз, создал картины "Забытый храм", "Хор". Писал он и множество портретов своих выдающихся современников - художников, ученых, писателей, артистов, стремясь показывать внутренний мир этих близких ему людей. Но самым близким человеком для Ярошенко оказался Михаил Нестеров, который высоко ценил мастерство Ярошенко как портретиста. Вероятно, Нестеров оказывал и духовное влияние на Ярошенко, не только своими полотнами "Христова невеста", "Пустынник", "Видение отроку Варфоломею", "Великий постриг" и другими глубоко религиозными сюжетами, но и, конечно, беседами за чашкой чая на Белой вилле и во время зимних встреч в Петербурге.

Через пять лет после приобретения семьей Ярошенко усадьбы в Кисловодске М. Нестеров смог навестить их. Усадьба отстроилась, а рядом одновременно вырос и красавец-собор. М. Нестеров, описывая свой приезд, уточняет: "...Проехали галерею нарзана и через несколько минут, поднявшись в гору, очутились у собора, в двух шагах от которого была усадьба Ярошенко" ... Свято-Никольский храм - одна из варварски разрушенных в 1936 г. святынь православия на Кавказе - был построен взамен обветшавшей слободской казачьей церкви, располагавшейся рядом с крепостью.

Построенная в 1825 г. деревянная церковь была разобрана и подарена селу Михайловскому. Большой пятиглавый собор из местного камня - "белокаменный" - заложили на том же месте в 1885 г., а 22 октября 1888 г. освятили в честь святителя Николая Чудотворца, в ознаменование 900-летия крещения Руси. Он имел много окон, что давало хорошее внутреннее освещение и легкость. В росписях стен и икон, по сохранившимся архивным сведениям, принимали участие художники Ярошенко, Нестеров, Поленов, Васнецов и другие.

По великой милости Божией к православному Ставрополью восстановление Свято-Никольского собора в Кисловодске было начато в наши дни - в 1993 г. Собор уже является действующим, хотя завершено строительство только первого этажа.

Итак, в далеком 1890 году Нестеров ехал в Кисловодск впервые: ему были прописаны лечение и отдых в горах. Вдвоем с Ярошенко много ездили, бродили по окрестностям Кисловодска, писали этюды.

Страстно влюбленный в Кавказ, который посещал ежегодно еще с 1882 года, художник хорошо изучил его историю и народы, их обычаи и взаимоотношения. Он мог часами увлекательно рассказывать об окрестностях Кисловодска, о Приэльбрусье, Теберде, Архызе. Зеленчукское ущелье, где стояли древние византийские храмы, особенно нравилось Ярошенко своей живописностью, пронизанностью солнцем, окутанностью таинственными туманами. И - удивительными встречами с людьми иного, особого взгляда на жизнь: с иноками и монахами Зеленчукской Пустыни.

Сопоставив даты написания первого этюда и уже законченной картины "Забытый храм" с периодом основания Пустыни, видим, что это один и тот же год - 1896-й. На картине-этюде Ярошенко 1896 года мы видим своды пришедшего в запустение храма, с обрушившейся штукатуркой, без икон или фресок. Свет на картину падает сверху - разрушена и кровля. Между колоннами-опорами застыл рваным облачком туман или дым. Дополняет картину запустения группа овец, охраняемая овчаркой. Именно так и использовались в те годы древние храмы пастухами - как загоны для овец в жаркую или ненастную погоду. Тут же и сами пастухи грелись у костров. И вот в 1896 г. к Зеленчукским храмам в сопровождении нескольких монахов приехал уроженец города Борисоглебска афонский иеромонах о. Серафим Титов. Продав за 15 тысяч золотых рублей свое имение, он посвятил себя иночеству, намеревался возродить древние кавказские храмы. Возможно, Ярошенко потому и написал этюд интерьера "забытого" храма, что его сердце христианина так же бунтовало против запустения. Возможно, что он удостоился знакомства с отцом Серафимом или даже бесед с ним, был свидетелем постройки двумя послушниками и батюшкой шалаша для перезимовки, которые они накрыли сеном.

Привыкшие к мягкому средиземноморскому климату, монахи с большим трудом перенесли суровую зиму в горах, страдая от голода и холода, снежных бурь. Но весной следующего 1897 г. они уже приступили к сооружению капитальных жилищ и восстановлению одного из трех храмов. И в это лето навестил монастырь Ярошенко, изобразив храм с той же точки, но уже без овец и пастушеского костра.

Приехав в Зеленчукскую Пустынь вторично, Ярошенко нашел, что она значительно разрослась. Девять монахов и 25 послушников, а также добровольно участвующие в восстановительных работах местные жители из Зеленчукской и других соседних станиц и даже из Баталпашинска поднимали один из храмов, делали к нему пристройку. Они сложили из камней, в обилии имевшихся от разрушенных временем древних зданий, три двухэтажных и три одноэтажных жилых дома, возвели каменные и деревянные постройки для хозяйственных нужд. Число богомольцев во время Великого поста достигало тысячи душ, исповедывавшихся и причащавшихся Святых Христовых Тайн.

Картина 'Хор' Н. ЯрошенкоНесмотря на длительные путешествия, Ярошенко подолгу жил и работал в Кисловодске. Вместе со своими гостями-художниками, особенно с Нестеровым, он бывал на службах в Никольском соборе, познакомился со священниками, помогал собору материально. Благотворительность была в крови у "четы Ярошенок", как их называли на украинский лад знакомые. Вполне логично было рождение одного из лучших жанровых полотен Ярошенко - большой картины "Хор". Священник, очевидно дьякон, репетирует со слободскими мальчишками пасхальные песнопения. Молодая трава, свежая зелень листвы выдают весенний денек, просвеченный ласковым солнышком. Руки дирижера в полете: они "держат" не только хор, но и картину. Так и кажется, что вот-вот звонкие детские голоса весело и торжественно пропоют: "Христос воскрес из мертвых, смертию смерть поправ...".

Интересна история самой картины. После передвижной выставки 1894 г. она оказалась у физиолога Ивана Петровича Павлова и висела над его рабочим письменным столом уже после смерти хозяина. В другой комнате висел портрет сына И. П. Павлова Володи, тоже кисти Ярошенко. Основатель музея Н. А. Ярошенко в Кисловодске В. Секлюцкий долгое время никак не мог получить картину "Хор" у вдовы сына Павлова, которой та была дорога как память. И все же настойчивостью, просьбами, обаянием и своим энтузиазмом Владимиру Вячеславовичу удалось получить картину для музея, где ею любуются теперь тысячи посетителей...

Современник Ярошенко и Нестерова святой праведный Иоанн Кронштадтский писал: "Благочестивых людей ныне обзывают именами ханжей, рутинеров, людей отсталых, с узкими взглядами; веру христианскую называют верою черни; христианскую сострадательность - слабодушием и нервною раздражительностью; милостыню - глупою расточительностью; наружную молитву - лицемерием; напротив, широкую разнузданность плоти или распущенность, угождение всем ее бесчисленным похотям называют современным прогрессом"...

Возможно, и с точки зрения нынешних "прогрессивных" людей верующие снова, более чем через сто лет "поглупели". Настоятель Свято-Никольского собора и благочинный Кавминвод протоиерей Иоанн Знаменский рассказывает, какими чудесными явлениями пожертвований на строительство сопровождалось воссоздание собора: в самый критический момент вдруг появлялась машина песка, кирпича, раствора... Вера православная не поддается исчислению, объявлению, не имеет земной логики, но, начинаясь на земле, она уводит человека по мере его духовного роста к пониманию вечного смысла жизни. Свою лепту в летопись духовной жизни России внес и Н. Ярошенко. Через четыре года после написания "Хора" художника не стало. Он умер скоропостижно, в расцвете творческих сил. Трудно предположить, какими бы путями шло дальше творчество этого разностороннего человека. Трагедия русской интеллигенции всегда состояла и состоит в искреннем, но непоследовательном богоискательстве. То, что предельно ясно человеку простому, недоступно человеку гордому, наделенному талантом, но и ответственному за свой талант. Возможно, что под влиянием Нестерова и Павлова, которые были глубоко и искренне верующими людьми, и Ярошенко стал бы православным художником, запечатлев кистью гораздо больше памятников православного Кавказа.

Источник: "Ставропольская правда", 14 апреля 2001 г.

По теме:
• Монастырь в горах
• Что нашла экспедиция Емануэля
• По проектам Григория Кускова

К каталогу публикаций рубрики •  Вверх