ПОБЕДА:
1941-45

ГЛАЗАМИ
ПРЕССЫ

ИСТОРИЯ
В ЛИЦАХ

СТАРЫЙ
ГОРОД

НАШ
КРАЙ

ВНЕ
ВРЕМЕНИ
ПРОШЛОЕ, НАСТОЯЩЕЕ И БУДУЩЕЕ СТАВРОПОЛЬЯ - ОБЛАСТИ, ГУБЕРНИИ, КРАЯ...

Музей – не витрина

В № «СП» за 19.08.2004 в материале «Музейщики в роли законодателей» поднималась актуальная проблема совершенствования организационной структуры системы музеев края и необходимости поддержки их деятельности со стороны законодательной и исполнительной власти. Сегодня эту тему продолжает известный в крае музейщик Вениамин Вениаминович ГОСДАНКЕР. Думается, особую значимость его статье придают как фигура и опыт уважаемого автора, так и обращение к поистине святой теме Великой Отечественной войны, 60-летие Победы в которой мы все готовимся отметить в следующем году.

к статье 'Музей – не витрина'

Вот вам комната, развесьте экспонаты, и будем открывать музей к концу второго квартала…»
Утрирую, конечно, но это было, было. А если совершенно серьезно, то музейный «ликбез», как и десятилетия назад, продолжает оставаться актуальной необходимостью в законодательном и практическом плане. Оно и понятно, как рождается театральный спектакль или как снимается кино, известно почти всем. Но как создается музейная экспозиция, знают далеко не многие.

Ставропольский городской музей Великой Отечественной войны «Память» – неотъемлемая часть главного мемориала «Огонь вечной славы». Стоящие на посту юные часовые, почтенный ритуал в исторической зоне – одна из самых значительных примет краевого центра. Здесь в музее хранятся и будоражат нашу память подлинники боевой и трудовой героики фронта и тыла, собранные в разные годы учителем истории, неутомимым краеведом Владимиром Яковлевичем Сербиненко и его помощниками – от школьников до ветеранов.

к статье 'Музей – не витрина' Наконец пришел час, когда по решению администрации, при поддержке ветеранской общественности, трудовых коллективов на выделенные властями и собранные гражданами средства начата работа по надстройке здания военно-патриотического центра. Там планируется создание новой экспозиции музея.

До сих пор эта многострадальная, подвергавшаяся постоянной критике, однако гордая своими уникальными экспонатами выставка открытого показа фондов томилась в ожидании перемен. Убогое оформление давно минувших 60-х годов, экспозиционный пояс чуть ли не в пять рядов от пола до потолка, пересыщенность фотографиями, отсутствие подсобных помещений. Двое-трое привлекаемых в штат ветеранов, да и сам В. Сербиненко как могли увлекали экскурсантов правдой, обостренным чувством преклонения перед собранными экспонатами.

к статье 'Музей – не витрина' А какие здесь подлинники! Им могут позавидовать даже крупные государственные музеи. Не перестаю удивляться, как учителю из провинции Владимиру Сербиненко удавалось бывать со своими питомцами в доме Главного маршала артиллерии Николая Николаевича Воронова, общаться напрямую с маршалом Советского Союза Андреем Ивановичем Еременко. Ставропольских школьников-следопытов тепло принимали в семье прославленного адмирала Филиппа Сергеевича Октябрьского, нашей землячки, командира 46-го женского гвардейского авиаполка Евдокии Давыдовны Бершанской…

Собранные экспонаты ютились, однако, в примитивных деревянных витринах – «мастодонтах» и на нелепо сколоченных стендах. Были спрятаны от глаз посетителей (пока не укажет экскурсовод) мундиры, личные памятные вещи, редкие фотографии выдающихся полководцев Великой Отечественной войны, советских борцов против фашизма в Испании, материалы о битве под Москвой, на Волге, обороны Ленинграда, за Кавказ…

к статье 'Музей – не витрина' Конечно же, такое музейное богатство потребует для планируемой экспозиции обостренного публицистического осмысления. Достаточно представить силу воздействия на души людей детской хлебной карточки, недогоревшей свечи, тарелки радиорепродуктора – потрясающих свидетельств ленинград-ской блокады. А рядом полушубок сержанта Марии Павловой в пору боев за Невскую Дубровку. На ледовой трассе Ладожского озера, как и многие сверстницы, она регулировала опасный путь грузовиков с продовольствием для осажденного города.

В прошлом общественный, сейчас муниципальный музей является обладателем подлинных свидетельств гитлеровских зверств в Освенциме: ботиночки, туфли, расчески – из того, что осталось на пути жертв к дымящимся печам. И тут же материалы о бывшем председателе Ставропольского губернского суда в 20-х годах Жане Андреевиче Азоле, который в

1945-м был в группе советских обвинителей под руководством генерального прокурора СССР Романа Андреевича Руденко в составе Международного военного трибунала над главными нацистскими преступниками.

Конечно, не все собранные экспонаты носят сугубо местный краеведческий характер. А так ли уж важно спустя 60 лет после великой Победы «сортировать» бессмертную героику всего народа «на ставропольских и неставропольских»? Пришло время воспринимать панораму Великой Отечественной войны глубже и шире – с высоты XXI века. Но краеведческая коллекция музея «Память», конечно же, преобладает.

Ставрополец Михаил Жуков, в свои 15 лет оставшись сиротой, был окружен трепетной заботой сотрудников городского музея, особенно его основателя Георгия Константиновича Праве. Сам по себе факт волнителен. На фронтах Великой Отечественной войны он прошел путь от командира взвода до командира танковой бригады. Вышли к Балтике в районе залива Фришгафт. Михаил Жуков приказал: набрать бутылку морской воды и как символическое донесение направить командующему фронтом К. Рокоссовскому. Через многие годы калининградские краеведы в знак памяти и солидарности прислали в Ставрополь весточку в виде бутылки с водой из того же самого залива Фришгафт.

Казалось бы, что общего между двумя фотографиями? Одна – столетней давности, на которой запечатлен черноморский матрос Александр Соловьев, другая коллективная - «Проводы на фронт, село Донское. 1941 год».

Александр Соловьев, причастный к знаменитому в 1905 г. восстанию на крейсере «Очаков», был арестован, стал свидетелем трагической гибели руководителя восстания лейтенанта Петра Петровича Шмидта и его сподвижника комендора (корабельного артиллериста), нашего земляка из села Орловка Никиты Григорьевича Антоненко, стойко принявших смерть по приговору военного суда. Сын Александра Соловьева Алексей из села Донского геройски сражался и погиб в Великой Отечественной войне. Два редких снимка объединяет подлинная георгиевская ленточка с матросской бескозырки. Сохранившаяся с далеких времен – символ родословной: хранить память, учиться солдатскому мужеству, присяге души.

Многие экспонаты музея «Память» по существу – «маленькие новеллы», наполненные искренностью чувств, незамысловатостью сюжета. Но как сделать, чтобы искорки растревоженной памяти, свидетельства военного лихолетья, их публикация соответствовали формам и методам современной экспозиционной практики, уровню и образу мемориала «Огонь вечной славы» в Ставрополе?

Самое время сделать вывод, что разрушенная в начале 90-х годов организационная «вертикаль» и творческая взаимосвязь в музейной жизни края требуют нынче осмысленной корректировки. Под благовидными обстоятельствами перестроечного времени одним махом (ищи теперь «инициаторов»), как ни сопротивлялись энтузиасты, была утрачена довольно стройная, налаженная система методического братства больших и малых музеев. Расползлись по «муниципальным квартирам», где-то лучше, где-то хуже, однако на положении пасынков у местных властей. В целом же экспозиционная беспомощность многих сельских, ведомственных, общественных музеев становится все заметнее.

Планы обновления ставропольского городского музея «Память», независимо от того, как с ними справятся строители, не смогут быть по-настоящему реализованы, если в процессе создания экспозиции не будут максимально использованы творческий опыт профессионалов и современный музейный дизайн. Коллекции экспонатов такого проникновенного богатства и содержания, которые собраны энтузиастами, никак не могут походить на «кунсткамеру» былых времен.

Фото из фондов музея «Память»

Источник: "Ставропольская правда", 11 сентября 2004 г.

К каталогу публикаций рубрики •  Вверх