ПОБЕДА:
1941-45

ГЛАЗАМИ
ПРЕССЫ

ИСТОРИЯ
В ЛИЦАХ

СТАРЫЙ
ГОРОД

НАШ
КРАЙ

ВНЕ
ВРЕМЕНИ
ПРОШЛОЕ, НАСТОЯЩЕЕ И БУДУЩЕЕ СТАВРОПОЛЬЯ - ОБЛАСТИ, ГУБЕРНИИ, КРАЯ...

Дом для отца

Елена ТЕРЕШКО
с. Вознесеновское Апанасенковского района

Тот июньский день 1941 года выдался необычно прохладным. Накануне прошел сильный дождь, и земля жадно впитывала долгожданную влагу. Находящиеся рядом с бригадой поля словно дышали, а воздух был наполнен чистотой, запахом степного разнотравья.

Софья Яковлевна Бранник

Давно начался трудовой день, и колхозники были заняты каждый своим делом. Однако всех очень удивляло то, что долго задерживался бригадир. Человек он был очень дисциплинированный и не допускал каких-либо нарушений трудового распорядка со стороны своих подчиненных, строго придерживался такого правила и сам. Когда он появился, все поняли: случилось что-то серьезное.

Иван Васильевич молча курил самокрутку за самокруткой и терпеливо ожидал, когда соберутся возле него все, кто в тот день работал в бригаде. Потом он поднял глаза, тяжело вздохнул и словно выдавил из себя:

- Война. Началась война с немцами.

Гробовая тишина длилась с минуту. А когда до колхозников дошел смысл сказанного, эмоции перехлестнули через край. Женщины заплакали, запричитали, мужчины и молодые хлопцы сникли, потупив глаза. Никто в тот день больше не работал.

С тяжелым сердцем и мучительными мыслями шла домой и Соня Синельник. Ей только что исполнилось 18 лет. Открыла калитку и остановилась, прислушалась. Тихо. Подумала, что еще не вернулись остальные с работы. Но, войдя в хату, от неожиданности вздрогнула: вся семья молча сидела за столом, и по маминым щекам катились слезы.

Вскоре отца призвали в армию. Яков Евменович нес на руках по Вознесеновке младшего сынишку до самого каменного моста. А рядом с матерью шли провожать отца еще четыре дочери.

…Война шла уже третий год. С нетерпением ждала весточки семья Синельник от своего кормильца. Но писем с фронта все не было. А жизнь на селе продолжалась. Работа, работа и еще раз работа. По решению правления колхоза начали собирать группу женщин для отправки в Черкесск. Там они должны были помогать местным жителям копать картошку для отправки на фронт, и за работу тоже обещали дать картошки. Чтобы хоть как-то прокормиться, мать разрешила старшей дочери Ульяне ехать в этой группе.

Соню же отправили на заготовку соли на Маныч. Так как обе девушки еще были несовершеннолетними, руководство колхоза обещало за работу, которую они выполнят, построить для семьи жилье. Девчата мечтали, что вернется отец с фронта, а у них - дом новый. Вот обрадуется, похвалит их.

…Ульяна вернулась в село, когда немцы уже заняли Вознесеновское. Вернулась тяжело больной. Мать видела, что Уля медленно угасает, но помочь ей так и не смогла…

Соня же продолжала работать на Маныче. Вместе с другими колхозниками они стягивали соль в кучи, затем грузили в емкости и таскали на берег. Там она и надорвалась. Когда вернулась домой, застала мать в слезах. Накануне приходили немцы, искали дрова для полевой кухни. Увидели доски в сарае и забрали их на топку. Мать голосила, уговаривала их не трогать доски. Ведь их еще до войны отец заготавливал для крыши дома.

…Однажды пришло извещение, что рядовой Синельник Яков Евменович пропал без вести. Мать сразу почернела лицом:

- Погиб он. Чует мое сердце, погиб!

Соня очень боялась за мать. Боялась, что, неся в душе боль и страдание, она не выдержит и что-нибудь сделает стоявшим у них на квартире немцам. Однако женщина терпеливо прислуживала им: варила, стирала, убирала. Лишь однажды сказала Соне:

- Если бы не было у меня вас, Бог знает, что бы я сейчас сделала!

Затем немцы начали спешно собираться: прознали, что советские солдаты уже близко. Завязались ожесточенные бои. Слышны были даже в селе взрывы и гул. Те очевидцы, что, набравшись смелости, ездили туда потом, ужаснулись увиденному: снег от крови был красным. Потери были огромными и с той, и с другой стороны. Трупы еще долго лежали, а над ними стаями кружило воронье.

Эхо сражения откатывалось от села все дальше и дальше. А люди все так же с утра и до позднего вечера работали, практически бесплатно, осознавая важность своего труда: все для фронта, все для победы! Пахали и бороновали на быках. Косили лобогрейками. И весь этот тяжелый труд выполняли женские руки. Соня валилась от усталости с ног. Ныла спина, отказывали руки и ноги. Но день начинался снова, и опять она шла в поле. Никогда не забудет тех, кто выполнял тяжелейшую работу за себя и за тех, кто был на фронте. Девочки, милые девочки: Галя Антонец, Вера и Галя Самойленко, Паша Гурская, Маша Кравченко, Лена Диброва, Марфа Десенко… Разве всех перечтешь. Там, в военных сороковых, остались в степи их молодость, их здоровье. А ночами при свете лампы, сделанной из патрона, вязали платки, пели песни, и каждая мечтала о счастье. Однако далеко не у всех сбылись те мечты. 467 похоронок пришло в Вознесеновское за время войны. Сколько вдов осталось, сколько девчат так и не дождались с фронта своих женихов, сколько не появилось на свет детворы!

Через пять лет после войны Соня вышла замуж за Григория Баранника. Родила ему двойню, да не выжили малыши, слишком слабенькими были. Здоровье женщины было надорвано непосильным трудом, не смогла выносить и второго ребенка. Лишь через несколько лет наконец родила сына. В нем-то, теперь уже совсем взрослом, и видит она смысл своей жизни.

Софье Яковлевне уже 78 лет. Живет одна в уютном домике. Открываешь калитку и удивляешься: всюду идеальный порядок.

- Это меня мама с детства приучила к чистоте. Она со мной и доживала свои последние годы жизни здесь. А вот напротив тот самый домик, который нам построил колхоз сразу после войны. Там живут внуки моего младшего брата, - говорит Софья Яковлевна.

* * *

Источник: "Ставропольская правда", 8 мая 2004 г.

К каталогу публикаций рубрики •  Вверх