ПОБЕДА:
1941-45

ГЛАЗАМИ
ПРЕССЫ

ИСТОРИЯ
В ЛИЦАХ

СТАРЫЙ
ГОРОД

НАШ
КРАЙ

ВНЕ
ВРЕМЕНИ
ПРОШЛОЕ, НАСТОЯЩЕЕ И БУДУЩЕЕ СТАВРОПОЛЬЯ - ОБЛАСТИ, ГУБЕРНИИ, КРАЯ...

Сержанту – орден полководца

Владимир СЕРБИНЕНКО

Свою родную дивизию он видел каждый год. По брусчатке Красной площади в победном марше идет прославленная Гвардейская Таманская. Полощется Боевое знамя, под которым он шел через всю войну в дивизионной разведке. Сын терского казака сержант Дмитрий Тригубенко из станицы Советской редко надевает награды. Но в праздник – густая завеса орденов и медалей. И среди них - орден Богдана Хмельницкого, которым награждался в основном высший командный состав. Вот об этой награде и пойдет речь.

Был август 1944 года. Дождливый август в Прибалтике. Сырость, грязь, туманы. Город Шяуляй уже был освобожден нашими войсками. Немцы закрепились на берегу реки Дубисса, которая стала линией фронта. Дивизионная разведка располагалась на ферме, неподалеку – штаб.

- Лейтенант Сергеев – к начальству, - солдат козырнул. Лейтенант накинул шинель и пошел получать задание.

Через час офицер вернулся. Разведчики столпились вокруг.

- Выходим завтра. Подробности потом. Но вот есть, хлопцы, деталь – без танка не возвращаться.

- Как без танка? - спросил удивленно Тригубенко.

- Понятно, - хмыкнул старшина, - танкист им нужен…

Ночью 12 человек шли по болоту. Радист – старшина Нечаев – вел группу. Рядом одетый в штатское Тригубенко. Замыкал группу мордвин Бигутов, у него в вещмешке аккуратно уложен мундир СС, он прекрасно знал немецкий. Тишина. Белесый туман висит над болотом, чернеет стена леса.

Вышли на широкую магистраль. Затаившись, смотрели, как идет колонна тупорылых тяжелых трехосных грузовиков.

«Уже четыре дня прошло, а результата нет», - думал Тригубенко, наблюдая за дорогой. Вдруг он приподнялся:

- Товарищ лейтенант, немцы!

От шоссе под уклон шли шесть бронетранспортеров в направлении небольшого местечка. Перед домами они остановились. Солдаты выпрыгивают из люков, бегут к домам. Мечутся женщины с детьми на руках. Разлетаются куры. Доносится дробный стук автоматов. Двое солдат волокут убитую свинью. Девушка пытается бежать в огороды, ее настигают солдаты. В руках у Шихова – снайпера группы – карабин с воздушным глушителем и оптическим прицелом. Вот солдаты приволокли и бросили у бронетранспортера старика. Офицер что-то крикнул, и гитлеровцы начали избивать деда ногами.

- Сержант, «снять» офицера!

Шихов прицелился, легкий хлопок - и, как будто переломившись, падает офицер. Через несколько минут бронетранспортеры, ускоряя ход, скрылись за поворотом. Выбиваясь из сил, бежали разведчики. На опушке леса встретили старика. Дед мял кепочку.

- Чего, дедунь?

- Повадились фрицы к нам заезжать, мы-то от дороги недалеко.

- А на чем они?

- На танке.

Тригубенко чуть не поперхнулся.

- Танк?

- Ну да. Танк черный такой. К обеду будет…

Разведчики залегли неподалеку от небольшого каменного моста. Прошел час, другой. Тригубенко в который раз обшаривал биноклем горизонт. И, наконец, увидел танк. Тяжелый немецкий танк. На башне, свесив ноги в ботинках, сидит блондин в лихо сдвинутой черной пилотке и хохочет, о чем-то рассказывая второму, смуглому крепышу, привалившемуся к башне. С противотанковыми гранатами в руках замерли разведчики. Сигнал! Четыре гранаты летят под гусеницы и в моторный отсек. Пламя, грохот. Танк накренился над обрывом и рухнул в неглубокую речку. Из кювета поднялся немец, пошатнулся, держась за голову, а затем бросился бежать.

- Стой! Хальт!

Короткая очередь выбила пыль справа от танкиста. Теперь немец стоял во ржи, подняв руки. По рации передали: «Коробку нечаянно раздавили. Спичка есть важная. Как быть?»

«Доставить в целости,» - был ответ.

Подошел Бигутов-лейтенант: «Я с немцем немного говорил, пленный что надо. Неплохо русский знает».

- Ну и что ты выяснил? – заинтересовался старшина.

- Сам он из Восточной Пруссии, студент. Был наводчиком. Знает о танковых дивизиях, которые прибыли сюда недавно.

- Ну, Дмитрий, что скажешь?

- Пленный – клад, только, как доставить – вот вопрос.

Затем добавил:

- Тут есть план у меня.

Выслушав, старшина сказал:

- А если пленный слово скажет?

- Проверим. Ну а если все же скажет – всем конец.

На рассвете подошли к полю, где шла косовица. Тригубенко подошел к пожилому крестьянину.

- Здравствуйте.

Тот кивнул.

- Где твой хозяин?

Литовец объяснил, мол, в экономии за лесом.

Через час все были готовы к последней схватке. Бигутов, гладко выбритый, затянутый в ремни, во френче, поправил тулью фуражки. Тригубенко еще раз осмотрел его со всех сторон. Трое разведчиков стояли в немецких мундирах со «шмайссерами».

- Итак, повторил Бигутов, - разговор веду я. Солдаты, как положено, молчат.

Пришли в экономию. Бигутов говорил, работник переводил.

- У вас есть зерно на экономии. Его нужно срочно вывезти, чтоб не досталось «советам», - цедил Бигутов.

- Слушаюсь, пан, берите, что нужно.

Взяли две подводы и груду пустых мешков. Танкиста положили на дно телеги, сверху уложили снопы. Сели одетые в гражданскую одежду заросшие разведчики, и подвода тронулась. На дороге стояли три средних танка и бронетранспортер. Загруженные снопами телеги остановились. Офицер с закатанными рукавами подошел с двумя солдатами.

Литовец поспешно сказал:

- Пан официр, вы же знаете, мы зерно возим, а это наши работники. Нужно рожь забрать.

- Я, я, гут. Шнель! – махнул рукой унтер и вразвалку пошел к танку.

Добрались до небольшого домика. Стояла брошенная экономия на нейтральной полосе. Немцы в бинокль видели, как работники быстро насыпали рожь в мешки.

- Что делать, сержант? Зерна осталось не больше чем на пять-шесть мешков.

- Больше суетитесь, но не переиграйте.

А в это время в задней стене сарая выбивали доски, летели щепки. Когда подводы вернулись, Тригубенко подошел к возницам.

- Вот мешки. Вы их должны носить на подводы не меньше получаса. Носите, покурите. А потом положите эти снопы сверху – и в тот лес. Поняв, что литовцы обо всем догадались, добавил:

- Да, мы русские. Через пару дней здесь будут наши.

Когда разведчики, все двенадцать, стояли перед начальником штаба дивизии, он их по очереди обнимал.

Пленного из штаба дивизии переправили в штаб фронта. Он дал очень ценные сведения. Используя их, наши войска продвинулись на сорок километров в глубь Восточной Пруссии.

* * *

Источник: "Ставропольская правда", 6 февраля 2004 г.

К каталогу публикаций рубрики •  Вверх