ПОБЕДА:
1941-45

ГЛАЗАМИ
ПРЕССЫ

ИСТОРИЯ
В ЛИЦАХ

СТАРЫЙ
ГОРОД

НАШ
КРАЙ

ВНЕ
ВРЕМЕНИ
ПРОШЛОЕ, НАСТОЯЩЕЕ И БУДУЩЕЕ СТАВРОПОЛЬЯ - ОБЛАСТИ, ГУБЕРНИИ, КРАЯ...

Собрав судьбу по осколкам

Ирина БОСЕНКО

ОЧЕНЬ ЛИЧНОЕ

Лидия Васильевна ВОЛКОВЕЦ (Фото из семейного архива) Мне кажется, эта история даже не столько о военной жизни захваченного фашистами Ставрополя, сколько о женской душе, ее внутренней силе. Героиня рассказа не только смогла пережить смерть двух мужей и долгую добровольную разлуку с дочерью, но и как минимум трижды победить собственную смерть, а затем по крупинкам собрать разрушенную войною жизнь.

- Ирочка, не надо писать обо мне. Я войну не помню, да и последующие, самые сложные для страны годы тоже. Маленькая слишком была, - отговаривала меня Галина Михайловна. – По сравнению с тем, что пришлось пережить моей матери, жизнь моя удалась. Давай посвятим публикацию маме… Собеседница явно скромничала или просто стеснялась. Не первый год я знакома с Галиной Михайловной Шимариной и хорошо знаю, что на долю этой мужественной женщины и талантливого музыканта выпало множество испытаний. Однако рассказанная ею история не только кардинально изменила концепцию задуманной статьи, но и поразила до глубины души!

- Mаму зовут Лидия Васильевна Волковец, – начала рассказ Галина Михайловна. – Если честно, я многого о ней не знаю. Например, в каком городе она родилась. Но война ее застала в Ставрополе. Моего отца не хотели брать на фронт. Он был хорошим специалистом, ему давали бронь. Однако папа не мог спокойно отсиживаться в тылу и все-таки ушел добровольцем. Мне исполнилось всего две недельки, когда в дом пришла похоронка – отец погиб.

Когда фашисты пришли в Ставрополь, мне было всего два месяца. В тот день маму вызвали по повестке в военкомат, и она, взяв меня на руки, шла по городу. Вдруг началась бомбежка. Самолет летел низко-низко. Так, что было видно сидящего в нем мужчину, который строчил по убегающим людям из пулемета и улыбался. Маму ранило в голову. Вместе со мной она упала в канаву и долго лежала в грязной холодной воде, пока каким-то чудом не пришла в сознание. Вернулась домой, а на месте квартиры зияет огромная воронка. Так, с маленькой дочерью на руках мама осталась ни с чем. Ей самой тогда было всего лишь 18.

Когда немцы оккупировали город, ей посоветовали бежать: могли донести, что она - жена офицера. Ночью она ушла. И скиталась по ставропольским хуторам больше года. Жила у согласившихся ее приютить людей. Спустя много лет они частенько приезжали к нам в гости. Горе объединило, все стали как родные.

А сколько страху мама натерпелась, пока блуждала! Например, однажды на нее чуть не напал волк. Она, держа меня на руках, шла ночью по лесу, вдруг зверь преградил дорогу. Подавив возникшую панику, вспомнила совет: нужно встать на четвереньки и чем-нибудь накрыться. Так мама и сделала. На счастье, я была очень спокойным ребенком, не закричала и не выдала нас. Волк подошел, обнюхал и отправился дальше.

Потом мама вернулась в Ставрополь. И новый удар: врачи поставили страшный в то время диагноз: туберкулез. Сказали, что вылечиться не удастся и она скоро умрет. Что ей было делать? Сейчас, когда у меня самой есть сын, я хорошо понимаю, насколько тяжело ей далось решение – отдать меня на воспитание чужим людям. Она боялась меня заразить. А вокруг не было ни одной родной души, кто в случае ее смерти приютил бы годовалого ребенка!

Новые родители вскоре меня удочерили. Это были бедные, но очень хорошие, скромные и работящие люди. Особенно я любила бабушку - Анну Иценкову. А мою приемную маму звали Надежда Куксова. Ее муж сильно болел и вскоре умер. А Надя воспитывала меня как родную до семи лет, пока не вернулась настоящая мама. Оказалось, за эти годы она наперекор страшному диагнозу смогла вылечиться. В 1945-м, в день Победы, вышла замуж. Затем родился братик. Почему она не забрала меня раньше? Наверное, считала, что так будет лучше. Жили ведь в первые послевоенные годы очень бедно. Из бывшей конюшни сами сделали себе квартиру с обмазанным глиной полом. Нормальный дом появился гораздо позже.

Я, конечно, сильно переживала. Долго и тяжело привыкала к маме, новой семье. Наверное, больше года. Часто убегала из школы к Надежде, а мама меня оттуда уводила. До сих пор снится старенький домик Нади. И он по-прежнему для меня самый родной. Но я никогда не делила, какую из мам люблю больше или меньше. Я благодарна им обеим.

Со вторым мужем, Гавриилом Маркияновичем Волковец, мать прожила 55 лет. Он был инвалидом войны (попал под гусеницу танка), болел всю жизнь. В 2000 году он умер, а спустя три года ушла из жизни мама.

Но память о ней живет. Причем не только в сердцах близких. Дело в том, что она очень любила угощать людей и потрясающе готовила, была первоклассным кондитером. Работала в столовой, ресторане. И даже пекла пироги для Раисы Максимовны Горбачевой, которые та ей заказывала в крайкомовской столовой.

* * *

…Галина Михайловна закончила свой рассказ. Большой стол в уютной кухне, где мы беседуем, уставлен блюдами с вкуснейшими пирожками и блинами. Да, мамин талант передался дочери. И хоть не хотела она, чтобы я о ней написала, как послесловие все-таки добавлю: жизнь свою Галина Михайловна посвятила музыке. С 12 лет влюбилась в… виолончель. А по окончании школы уехала учиться в консерваторию в Казань. Вышла замуж, родила ребенка и прожила там, по ее признанию, свои лучшие 24 года. Кстати, именно в Казани моей собеседнице довелось работать с величайшим дирижером Натаном Рахлиным. В 1985 году Галина Михайловна вместе с сыном вернулась в Ставрополь. Нынче она преподает в Ставропольском краевом училище искусств, а также играет в симфоническом оркестре Ставропольской краевой государственной филармонии. А еще она считает себя очень счастливым человеком и благодарна Богу за то, что он дал ей аж две замечательные мамы!

* * *

Источник: "Ставропольская правда", 7 мая 2005 г.

К каталогу публикаций рубрики •  Вверх