ПОБЕДА:
1941-45

ГЛАЗАМИ
ПРЕССЫ

ИСТОРИЯ
В ЛИЦАХ

СТАРЫЙ
ГОРОД

НАШ
КРАЙ

ВНЕ
ВРЕМЕНИ
ПРОШЛОЕ, НАСТОЯЩЕЕ И БУДУЩЕЕ СТАВРОПОЛЬЯ - ОБЛАСТИ, ГУБЕРНИИ, КРАЯ...

Сберегли честь и славу свою

Вениамин ГОСДАНКЕР

Через время и расстояние многое понимаешь глубже. С забытых фотографий глядят на нас, почти в упор, красные командиры в образе романтических всадников революции. Их мужество, заблуждения, искренний порыв среди огня, дыма и крови неразрывны с выстраданным веками понятием воинского долга и чести.

Генерал Г. ЗУСМАНОВИЧГенерал Григорий Моисеевич Зусманович - из плеяды крупных советских военачальников, которых боевые соратники, и в их числе ставропольцы, ласково называли "еврейским сыном русского народа".

До сих пор это имя большинству, увы, почти ни о чем не говорило. Известно, что с 1922 по 1925 год был он военным комиссаром Ставропольской губернии, избирался в состав окружкома ВКП (б) и окрисполкома, пользовался безупречной репутацией среди воинских частей и населения, тесно сотрудничал с Иосифом Родионовичем Апанасенко и Василием Ивановичем Книгой. В начале 20-х годов ХХ века прославленных героев-земляков волею Реввоенсовета Республики направили в родные края укреплять воинские гарнизоны, рабоче-крестьянскую милицию и части особого назначения. Сложная и противоречивая волна крутых перемен в, казалось бы, мирной, но все же далеко еще не мирной жизни, разруха, бандитизм - последствия братоубийственной гражданской войны. Реформирование Красной армии, демобилизация, военное обучение призывников, да мало ли дел навалилось тогда на военкоматы.

Командиры Первой конной - Е.ГОРЯЧЕВ, И.АПАНАСЕНКО и В. СУХОРУКОВС групповых фотографий, сохранившихся в Ставропольском краеведческом музее, смотрит на нас смуглый, подтянутый военный со знаками отличия тех лет. Хочется еще и еще раз, глядя на лица легендарных командиров, которыми до неистовости гордились земляки, почувствовать дыхание той эпохи, узнать подлинные, неприукрашенные, неподчищенные биографии людей, чьи заслуги прочно вошли в летопись наших Вооруженных сил.

* * *

...В знойные июльские дни 1944 года советские войска, громя пошатнувшиеся, но все еще крепко огрызающиеся вражеские группировки, стремительно продвигались по территории Польши.

Гул орудий уже был слышен в концентрационном лагере Майданек. Но еще с весны гитлеровцы начали заметать следы своих преступлений. Круглые сутки дымили печи крематория, большие группы заключенных спешно отправлялись для уничтожения в зловещий Освенцим.

Среди нескольких сотен больных и раненых узников, находящихся в так называемом "лазарете" Майданека, были советские генералы Д. Карбышев, Т. Новиков, Г. Зусманович.

"…К лазаретным блокам подошли машины. Началась погрузка больных. Их бросали в кузова как бревна. Пока довезли до станции, немало узников умерло от увечий. Выступившие с протестом против зверского обращения с больными Т.Я. Новиков и Г.М. Зусманович были сильно избиты эсэсовцами…

…На третий день около полудня эшелон остановился на небольшой станции. Через открытую дверь я прочел на фронтоне невзрачного здания: "Освенцим".

…Началась разгрузка. Всех, кто мог двигаться, выгоняли из вагонов. Слышались остервенелые крики эсэсовцев, удары плеток, лай собак. Несколько минут спустя мы увидели, как из вагона прямо на землю было выброшено безжизненное тело генерал-майора Зусмановича. Мы знали, что в пути его подвергли жестокому избиению…".

Эти строки взяты из официальных записок активного участника Сопротивления, врача В. Дегтярева - "парня из Сальских степей", возглавившего борьбу патриотов в мрачных застенках концлагерей.

Кем все-таки был этот советский генерал, до последних минут своей жизни остававшийся верным сыном Родины? Несмотря на издевательства и пытки, проявивший непреклонность, как и его товарищи по оружию, мученически принявшие смерть, - Дмитрий Михайлович Карбышев и Тимофей Яковлевич Новиков.

Сведения, взятые из учетных документов Ставропольского окрисполкома и архива Министерства обороны, позволяют в какой-то степени раскрыть героические и трагические штрихи биографии генерала Г. Зусмановича.

Выходец из местечковой еврейской среды на Украине, он прошел основательную жизненную закалку, работая в Харькове, Бердянске, Павлограде грузчиком, смазчиком, вальцовщиком на мельницах. Вдосталь хватил окопной жизни на германском фронте в Первой мировой войне, командовал отрядом в боях с немецкими оккупантами и гайдамаками под Каменкой и Знаменкой на Украине. После заключения Брестского мира в 1918 году красногвардейский отряд Зусмановича прибыл в Москву.

Большая честь, если тебе в 29 лет от роду доверяют командование стрелковой дивизией XII Красной армии. После тяжелого ранения - снова в строй, во главе Тульской дивизии на Южном фронте. В "мирные" времена Зусманович - заместитель командующего Орловским и Закавказским военными округами… Вся грудь в орденах. Репрессий 30-х годов, которые "покосили" почти всю армейскую элиту, чудом избежал.

Осенью 1941 года тяжелое дыхание войны позвало в настоящее дело: грех для боевого генерала оставаться на посту помощника начальника Интендантской академии Красной армии (позднее - военная академия тыла). После неоднократных рапортов об отправке на фронт его назначают начальником тыла 6-й действующей в тяжелых сражениях армии.

Боевая характеристика, подписанная командующим 6-й армией генералом А. Городницким, аттестует Г. Зусмановича как в высшей степени энергичного, волевого, требовательного командира, который "в тяжелых условиях оборонительных боев умело организовал снабжение войск боеприпасами, горючим и продовольствием".

Весной 1942 года в районе Харькова 6-я армия оказалась в крайне сложном положении. Советские воины, попав в окружение, проявляли в неравных боях отчаянную стойкость и мужество, многие из них погибли, немалая часть попала в плен. Весь страшный путь, который прошел генерал Г. Зусманович в гитлеровских застенках, проследить не удалось. Но короткую запись в его личном деле "пропал без вести" спустя годы расшифровали оставшиеся в живых борцы Сопротивления. Они поведали нам о человеческом достоинстве и воинской непреклонности генерала.

* * *

Еще один повод для раздумий, еще один, далеко не единичный сюжет в жестокой драматургии жизни. Кто тут сможет в суете и злобе повторить расхожее: "Иван воюет в окопе, Абрам торгует в рабкоопе"? Я все это слышал еще с военной юности и скоро совсем поседею… Так пусть же в память о павших защитниках Отечества над могилами, обелисками, над солдатским полем звучит православная молитва и плачет печальная скрипка.

Фото из фондов Ставропольского краеведческого музея им. Г.Прозрителева и Г. Праве.

Источник: "Ставропольская правда", 23 февраля 2001 г.