Мама, помолись за меня Богу!

Патриотическая деятельность Русской православной церкви в годы Великой Отечественной войны.

Максим ЛУКЬЯНОВ
Студент Ставропольской духовной семинарии

Историки и литераторы пока еще мало говорят о патриотической деятельности церкви, которая в самые тяжкие испытания была со своим народом и внесла огромный вклад в дело достижения Победы. Эта страница из истории Великой Отечественной войны остается мало известной, что не совсем справедливо.

22 июня 1941 года. Для верующих этот день был весьма значимым: на него выпадал День всех святых в земле Российской просиявших. Когда на рассвете произошло нападение, газеты не сразу сообщили об этом. Митрополит Сергий (Страгородский), который исполнял обязанности местоблюстителя патриаршего престола и был фактически главой церкви, узнал о начале войны сразу же после окончания божественной литургии. Он тут же произнес патриотическую речь-проповедь, подчеркнув: «Православная церковь всегда разделяла судьбу народа... Вместе с ним переживала как его испытания, так и его успехи. Не оставит она своего народа и теперь. Благословляет она... и предстоящий всенародный подвиг».

Особое внимание в своей патриотической деятельности церковь уделяла верующим, оказавшимся на оккупированной территории. В январе 1942 года в специальном обращении к православным людям на временно оккупированной немцами территории патриарший местоблюститель напомнил, чтобы они, находясь в плену у врага, не забывали, что они — русские, и сознательно или по недомыслию не оказались предателями своей Родины. Одновременно митрополит Сергий призывал содействовать партизанскому движению. Кроме того, от имени церкви подвергались осуждению дезертирство, сдача в плен, сотрудничество с оккупантами.

Сотни священнослужителей были призваны в ряды действующей армии. Так, заместителем командира роты начал свой боевой путь по фронтам войны С. Извеков, будущий Патриарх Московский и всея Руси Пимен. Наместник Псково-Печерского монастыря в 1950-1960-х гг. архимандрит Алипий (Воронов) воевал все четыре года, оборонял Москву, был несколько раз ранен и награжден орденами. Будущий митрополит Калининский и Кашинский Алексий (Коноплев) на фронте был пулеметчиком; когда в 1943 году он вернулся к священнослужению, на груди его блестела медаль «За боевые заслуги». Протоиерей Борис Васильев, до войны диакон Костромского кафедрального собора, в Сталинграде командовал взводом разведки, а затем сражался в должности заместителя начальника полковой разведки.

Среди воевавших священников были и ставропольцы. Недавно скончавшийся старейший клирик Ставропольской епархии протоиерей Василий Афонин шестнадцатилетним юношей добровольно ушел на фронт. Стал офицером, дошел до Берлина, имел множество боевых наград. После войны поступил в Ставропольскую духовную семинарию. Впоследствии, уже будучи священником, он так вспоминал о своем военном прошлом: «Я боюсь роптать на жизнь, Бога боюсь. Это Он вел меня всю войну. Я ведь и ранен даже не был».

Протоиерей Димитрий Клюпа во время войны был механиком танка. Впервые он принял участие в боевых действиях в конце 1942 года под Орджоникидзе. В бою под станицей Курской его танк был подбит, и он оказался в плену у немцев, бежал. Попав к нашим, вместо благодарности получил срок в лагере, проходил фильтр комиссии, которая, в общем-то, разобралась, что механик Клюпа не по своей воле находился в плену. Освободившись, Димитрий сдал партбилет и поступил в Ставропольскую семинарию…

Покойный митрофорный протоиерей Илья Воронин, бывший настоятель Свято-Никольского храма г. Ессентуки, через годы войны пронес свою веру в Бога. В 1943 году был тяжело ранен, получил инвалидность. Имел боевые награды. Можно приводить множество подобных примеров.

Активно участвовали священнослужители и в партизанском движении, укрывали отставших при отступлении от частей красноармейцев, сбежавших из лагерей военнопленных, вели патриотическую агитацию. Так, клирик Ставропольской епархии протоиерей Михаил Клепа в годы войны в сане священника служил на Украине, в Александрийском и Верхнеднепровском благочиниях. С захватом фашистами данной местности он встречался с бойцами, которых укрывал от преследования немцев и полицаев, прислуживавших фашистам. Двух бойцов укрывал в своем доме. Отец Михаил неоднократно подвергался побоям от немцев, что впоследствии отразилось на его здоровье – он в течение всей жизни не мог владеть пером.

На фронте происходило обращение к вере многих солдат, офицеров, партизан, в том числе старших командиров. Из свидетельств очевидцев известно, что начальник Генерального штаба Б. Шапошников (бывший полковник царской армии) носил финифтевый образ святителя Николая и молился: «Господи, спаси Россию и мой народ!» Его преемником на посту начальника Генштаба стал сын священника из Кинешмы маршал А. Василевский, выпускник Костромской духовной семинарии. Широкое распространение среди верующих получила убежденность, что всю войну с собой в машине возил образ Казанской Божией Матери маршал Г. Жуков. В 1945 году он вновь зажег неугасимую лампаду в Лейпцигском православном храме-памятнике, посвященном «Битве народов» с наполеоновской армией. Верующими становились и рядовые солдаты, ежедневно рисковавшие своей жизнью. В одном из писем домой солдат М. Черкасов писал матери: «Мама, я вступил в партию… Мама, помолись за меня Богу».

Гражданским подвигом стало поведение верующих и духовенства Ленинграда. В городе и его северных пригородах, оказавшихся в конце блокады, находилось 10 действующих православных храмов. По предложению митрополита Алексия (Симанского) уже с 23 июня приходы Ленинграда начали сбор пожертвований на оборону. Активно включилось духовенство города в подписку на военные займы, сбор пожертвований в фонд обороны. К 1 июня 1944 года сумма таких пожертвований достигла 390 тыс. руб., в том числе митрополит внес 50 тыс., а протодиакон Л. Егоровский, сдавший 49 тыс., получил персональную телеграмму с благодарностью от И. Сталина.

Особую страницу патриотической деятельности Русской православной церкви в военные годы составляет создание на церковные средства танковой колонны «Димитрий Донской». Не существовало почти ни одного даже сельского прихода на свободной от фашистов земле, не внесшего свой вклад в общенародное дело. 40 танков Т-34 были построены на заводе Челябинска. Их передача частям Красной армии состоялась у деревни Горелки в пяти километрах северо-западнее Тулы. На торжественном митинге в день передачи колонны, 7 марта 1944 года, выступил митрополит Николай (Ярушевич).

Трудно назвать все виды патриотической деятельности духовенства. К ним относятся и антифашистские послания к народам захваченных Германией стран, и постановление Архиерейского собора 8 сентября 1943 года «Осуждение изменников вере и Отечеству», в котором говорилось, что «всякий виновный в измене общецерковному делу и перешедший на сторону фашизма, как противник Креста Господня, да числится отлученным, а епископ или клирик — лишенным сана». В прифронтовой полосе при храмах существовали убежища для престарелых и детей, а также перевязочные пункты, многие приходы взяли на себя попечение оставленных на произвол судьбы раненых. Немало священнослужителей трудилось в военных госпиталях. Госпитали были устроены в значительной части монастырей и находились на полном содержании и обслуживании монашествующих. Так в Красноярске в годы войны в должности главного хирурга эвакогоспиталя трудился епископ Лука (Войно-Ясенецкий), известный ученый-медик, прошедший лагеря и ссылки. Благодаря его операциям большому числу раненых воинов были сохранены жизнь и здоровье. В кабинете, операционной владыки висели иконы, и каждую операцию он начинал с молитвы. В 1945 году за капитальный труд «Очерки гнойной хирургии» возведенному в сан архиепископа Луке была присуждена Сталинская премия I степени, большую часть которой он пожертвовал на помощь сиротам.

55 священников, служивших в Ставропольском крае, были представлены к награждению медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне».

И хотелось бы, чтобы в 60-ю годовщину Великой Победы нашего народа в жестокой войне вклад церкви и верующих в дело освобождения был по достоинству оценен потомками.

Источник: "Ставропольская правда", 4 марта 2005 г.