ПОБЕДА:
1941-45

ГЛАЗАМИ
ПРЕССЫ

ИСТОРИЯ
В ЛИЦАХ

СТАРЫЙ
ГОРОД

НАШ
КРАЙ

ВНЕ
ВРЕМЕНИ
ПРОШЛОЕ, НАСТОЯЩЕЕ И БУДУЩЕЕ СТАВРОПОЛЬЯ - ОБЛАСТИ, ГУБЕРНИИ, КРАЯ...

«Я люблю тишину...»

Вениамин ГОСДАНКЕР

Павел  Моисеевич Гречишкин Eго призвали на срочную службу 10 июня 1941 года, всего лишь за двенадцать дней до трагического начала войны. Новобранцы 1922 года рождения покидали Ставрополь с почти мальчишечьей беспечностью и бодрыми песнями. Товарняком – по еще мирным, дышащим бурной зеленью просторам родной земли: донские и днепровские края, города, села, станции и полустанки, и, наконец, всем известный город корабелов – Николаев. Словом, Павел Гречишкин, уже тогда начинающий и подающий надежды художник, был назначен – армия есть армия – на самую рядовую что ни на есть должность помощника шофера на полуторке «ГАЗ-АА». Но зато часть по армейским меркам особая – отдельный автомобильный полк, и весьма серьезная по тем временам, а ну-ка, - три тысячи «зисов» и «газов».

Все перевернуло 22 июня 1941 года. Были дороги отступления по горестной земле, тяжелые оборонительные бои, сожженные села и разбитые города, военные грузы, боеприпасы, кузова, забитые искалеченными, измотанными бойцами, непроезжие топи, изнуряющая жара, лютые морозы…

Украина. с Большая Крепинская (1942 г.) Рис. П. Гречишкина Скрипя зубами все преодолевал и спустя годы помнит до деталей: пламя и ветер, разносящий жаркий прах горящих полей и лесов, человеческие потери – скромными холмиками усеяно было все воюющее пространство.

Рядовой солдат «без звания и высоких наград», Павел Гречишкин и в пору горечи, и в пору наступлений был в этой драме войны наравне со всеми.

«Мне хотелось бы не столько восстанавливать в памяти подробности войны, сколько посмотреть на нее сегодняшними глазами, - Павел Моисеевич деликатно переводит разговор на тему очень ему близкую – неизбывную любовь к природе, а значит, к родным краям. – Все пережитое во время войны имеет непосредственное отношение к моему призванию в искусстве живописи, к пейзажам, полотнам, на которых отображены мирные просторы. Это доказано шестью десятилетиями творческого труда после Победы. Я ненавижу злобу, спесь и разрушения, хорошо понимаю, как беззащитна красота, и как, несмотря ни на что, она обходительна с нами… Мне всегда: с детства, юности, в годы лихолетья и сейчас, когда груз прожитых лет призывает к осмотрительности, особенно жаль матушку-природу, которую исхлестали вьюги снежные и ветры. Но восторг, когда над миром стоит божественная тишина…».

Павел  Моисеевич Гречишкин Мог ли он тогда, двадцатилетним юношей, так глубинно и емко, как теперь, с высоты возраста, опыта и житейской мудрости, воспринять боевой свой путь: израненную страну, людские муки, стойкость солдата в боях за Украину, под Сталинградом, на Северном Кавказе (проходили они совсем недалеко от родных мест, да не довелось заглянуть домой: спешили машины, горела земля).

Не один десяток лет знаю Павла Моисеевича, поэтому смею утверждать, что он всегда и во всем готов опереться на свет окружающей природы.

Кавказ, Урал, Центральная Россия, Байкал, Индия, Египет, Непал, Япония, Мексика, Средиземноморье. Наброски, этюды, огромные полотна, 400 пейзажей, целая галерея картин, предназначенных для многих тысяч людей, - бесценный дар художника городу Ставрополю. Гимн природе, а значит, протест против ее разрушителей любого толка.

И еще – о музыке. Дуновение ветра, плеск речной волны или звенящая тишина просторов – та же глубинная ассоциация, та же палитра красок, что и в живописи. В мастерской художника во время его работы над большим полотном – неразрывный поток эмоций, оркестровые шедевры: Моцарт, Чайковский, а из современных – Георгий Свиридов, Евгений Дога, Эннио Марриконе, Джеймс Ласт. Конечно же, раздольные русские хоровые с «Вечерним звоном», грустью и радостью связанные с временами года, когда осень жизни кажется ярче весны.

Источник: "Ставропольская правда", 28 января 2005 г.

К каталогу публикаций рубрики •  Вверх