ПОБЕДА:
1941-45

ГЛАЗАМИ
ПРЕССЫ

ИСТОРИЯ
В ЛИЦАХ

СТАРЫЙ
ГОРОД

НАШ
КРАЙ

ВНЕ
ВРЕМЕНИ
ПРОШЛОЕ, НАСТОЯЩЕЕ И БУДУЩЕЕ СТАВРОПОЛЬЯ - ОБЛАСТИ, ГУБЕРНИИ, КРАЯ...

Гвардеец Великой Отечественной

Николай БЛИЗНЮК

гвардеец Таманской дивизии Илья ТЕРЯЕВ Сухонький, невысокого роста, тихий голос, мимолетная, застенчивая улыбка… Ну ничего общего с устоявшимся образом коренного сибиряка, гвардейца, русского чудо-богатыря, пересилившего чудовищную военную машину фашистов. А между тем все это сполна относится к нему, проживающему ныне в Минеральных Водах, 83-летнему Илье Теряеву.

Первый раз осколок фашистской мины достал Илью Теряева 24 июля 1941 года у села Нападовка Кировоградской области. А до этого 32 дня сердце жгли другие раны: что ни день, то отступление через украинские села – рыдающие женщины, испуганные дети, сумрачные старики.

Утром 22 июня дислоцировавшуюся на окраине Житомира бригаду построили и под марш из громкоговорителя повели на городской стадион - в это воскресенье для красноармейцев планировался кросс имени маршала Тимошенко. На рассвете, задолго до подъема, призванный из Новосибирской области рядовой Илья Теряев и многие его товарищи слышали отдаленные взрывы, но не придали значения: учения с использованием артиллерии проводили частенько. А тут, едва первая колонна вышла за пределы части, на пригорок взбежал горнист и протрубил тревогу. Затем вышел командир бригады и объявил: началась война.

Бойцам приказали собрать вещмешки и вывели за город. На следующее утро погрузили в автобусы и повезли за 250 километров к селу Астрополь Винницкой области. По околице этого села проходила старая, 1940 года, граница СССР. Местные жители уже откапывали доты, дзоты, полнопрофильные окопы, которые засыпали землей после присоединения Западной Украины. Бригада заняла укрепления, ночь прошла в тревожном ожидании. А утром приказ: «Отойти!». Следующий рубеж заняли километрах в трех за селом: окопались, переночевали. И вот утром 25 июня Илья Теряев впервые увидел фашистов: два танка взобрались на пригорок, за ними развернулись автоматчики.

- Страшно было, - признается Илья Прокопьевич. – Но довольно быстро обвыклись, открыли огонь: кто из самозарядной винтовки, кто из автомата, я – из 50-миллиметрового ротного миномета. До вечера продержались, а ночью стали отходить.

Так продолжалось целый месяц: ночью красноармейцы отходили километров на 20-25, утром рыли окопы. Часам к десяти появлялись немецкие автоматчики на мотоциклах – разведка. А через час подходили танки, разворачивалась пехота, и начинался бой. Дотемна удерживали позиции, а ночью опять отходили.

У села Нападовка пришлось особенно тяжело: немецкие автоматчики зашли и с флангов. А тут еще наводчики врага засекли миномет Теряева. И давай по нему прицельно бить из тяжелых минометов. Одна из мин срубила вишню, и та упала прямо на Илью. Кто-то крикнул: «Сержанта убило!». Подбежали бойцы, вытащили окровавленного минометчика: один осколок вонзился чуть выше колена, другой – в предплечье.

В этот раз отходили засветло по полю зрелой ржи. А на другом конце поля уже появились немецкие автоматчики и давай постреливать вслед отступавшим русским. Раненого Теряева дотащили-таки до подводы и отправили в госпиталь.

Осенью все того же страшного1941-го смертоносное железо войны вновь вонзилось в тело сержанта. А дело было так. После госпиталя его направили в Ворошиловград на сборный пункт, где формировали маршевую роту. Фашисты уже заняли Днепропетровск, а передовые части даже переправились на левый берег Днепра. Надо было во что бы то ни стало их задержать. И вот маршевую роту сажают в вагоны, куда-то везут. Ночью высаживают, строят. Никто никого не знает, какие-то офицеры объясняют: поскольку оружия нет, сражаться будете тем, что найдете на поле боя. И вперед, навстречу фашистам.

По пути наткнулись на советский станковый пулемет. Оборудованная позиция, полные ленты патронов – и ни души. Сержанта Теряева оставили за старшего, ему в помощники дали одного бойца. «Как увидите зеленую ракету, стреляйте вон в том направлении». Одну ленту выпустили, вторую. Как рассвело, связной передал: оставить позицию и догонять роту.

- Только я высунул левую ногу из окопа, как тут же пуля вонзилась возле колена и вышла с наружной стороны бедра, - Илья Прокопьевич показывает, как по диагонали прошил его ногу горячий свинец. – Видимо, нас уже давно засек и выцеливал снайпер.

Весной 1943-го, когда сержант Теряев штурмовал «Голубую линию» под Новороссийском, в трех метрах от него разорвалась 200-килограммовая авиабомба фашистов. Третье ранение было тяжелым, но выжил солдат…

Северный Кавказ сибиряк Теряев впервые увидел летом 1942-го. После трехмесячного противостояния под Краматорском фашисты первого мая провели мощнейшую артподготовку и перешли в наступление. Через Изюм, Харьков, Ворошиловград, Ростов, Краснодар, Черкесск, Пятигорск сержант Теряев с отступающими советскими войсками дошел до Орджоникидзе. Затем сборный пункт в Махачкале, направление в 97-й отдельный минно-саперный батальон, жесточайшие бои под Малгобеком – и в обратный путь через весь Северный Кавказ. В Пятигорск, правда, не попал: два танка, которым были приданы три сапера во главе с Теряевым, после Георгиевска свернули с трассы и через хутор Возрождение вышли в Минеральные Воды. Они первыми появились у железнодорожного вокзала, заставив отступить замешкавшихся фашистов.

С серьезным сопротивлением в ходе наступления на Северном Кавказе советские войска столкнулись под Новороссийском, на так называемой «Голубой линии». Немцы вкопали орудия в полотно железной дороги, что вела в Славянск-на-Кубани. Как ни пытались танкисты, а вместе с ними и саперы подступиться – ничего не получалось. Тогда пришел приказ перевести танки с правого фланга на левый. Фашисты заметили перемещение, направили авиацию. Пока самолеты заходили со стороны солнца, Илья Теряев успел их сосчитать: ровно 50. Первый заход – бомбы разорвались чуть впереди. Второй – и командир танка отчаянно кричит саперам: «Сейчас накроет. Залезайте под танк». А затем жуткий вой падающих бомб, от которого внутри становится холодно и пусто, и, наконец, буквально в трех метрах взрыв 200-килограммовой «чушки». Танк, как спичечный коробок, подняло, почти поставило на бок. Теряева и двух других саперов посекло осколками, контузило: изо рта, носа и ушей пошла кровь.

«Голубую линию» наши взломали без Теряева и Керченский пролив форсировали без него. Но далее весь Крым бравый сержант прошел в составе второй гвардейской дивизии, получившей впоследствии имя «Таманская». В страшных боях на Сапун – горе, что господствует над Севастополем, пуля из противотанкового ружья чиркнула по каске Ильи Теряева. Сантиметр в сторону и …

Тяжелые бои в Белоруссии, Латвии, Литве. И вот 25 апреля 1945 года замкомандира взвода саперов старший сержант Теряев получает приказ обеспечить проходы к цитадели фашистов - Кенигсбергу. Ни дерева, ни кустика, только небольшие холмы, которые враг нашпиговал минами и перегородил колючей проволокой. Саперов обнаружили, стали обстреливать из минометов. Те залегли, отлежались и, как только огонь стих, двинулись дальше, обезвреживая мины и раздвигая проволочные заграждения. Немцы рассвирепели от такой наглости: десяток саперов стали расстреливать из пушек. А те опять залегли, переждали огневой шквал и полезли дальше.

- И тут слышим, заскрипел «Ванюша» - шестиствольный миномет, - вспоминает о своем последнем бое Илья Прокопьевич. – Вот он – то нас и накрыл.

С очередным осколочным ранением в ногу гвардии старшего сержанта Теряева поместили в Каунасский госпиталь. Пару недель повалялся на больничной койке в тишине и покое. И вдруг…

- Было часов шесть утра. Слышу за окном шум, крики, потом стрельба. Ничего не пойму – до фронта ведь далеко… И тут по коридору бежит медсестра с криком: «Победа! Победа!».

* * *

На парад Победы от саперов из гвардейской Таманской дивизии взяли младшего сержанта Алексашина. Теряев? Да, герой, да, весь в орденах, да, прошел войну от первого дня до последнего. Но разве можно такого маленького и худенького выводить на Красную площадь? Не вяжется с обликом чудо-богатыря, пересилившего чудовищную военную машину фашистов.

* * *

Источник: "Ставропольская правда", 24 сентября 2004 г.

К каталогу публикаций рубрики •  Вверх