ПОБЕДА:
1941-45

ГЛАЗАМИ
ПРЕССЫ

ИСТОРИЯ
В ЛИЦАХ

СТАРЫЙ
ГОРОД

НАШ
КРАЙ

ВНЕ
ВРЕМЕНИ
ПРОШЛОЕ, НАСТОЯЩЕЕ И БУДУЩЕЕ СТАВРОПОЛЬЯ - ОБЛАСТИ, ГУБЕРНИИ, КРАЯ...

• К 60-летию освобождения Ставрополья от немецко-фашистских захватчиков

Запоздалое покаяние полковника Грейфенберга

Вениамин ГОСДАНКЕР

Считал ли кто-нибудь, сколько ставропольцев, доживших до наших дней, знают немецко-фашистскую оккупацию не понаслышке? Ведь с тревожного, потерями, кровью и слезами умытого их детства прошло шесть десятков лет, а живым свидетелям той поры сейчас под 70 и более.

Возвращение к своему очагу.Так называемая "оккупационная" тема освещена в научно-краеведческой литературе и в прессе довольно широко. Сказано и пересказано много щемящей душу правды, но, увы, есть место вымыслам и никому не нужному глянцу и причесанности фактов. Совсем негодно, когда ради эфемерного "исторического объективизма" и развенчания больных страниц нашей многострадальной истории замелькали в первые перестроечные годы краеведческие изыски, вольно или невольно идеализирующие отдельные стороны немецкого оккупационного порядка и так называемого послабления карательного режима гитлеровских властей на Северном Кавказе. Ничуть не бывало!

Об этом свидетельствует и статья бывшего редактора "Ставропольской правды", фронтовика Андрея Лаврентьевича Попутько "Пять месяцев в аду", опубликованная 4 января 2003 года в нашей газете. Факты и размышления известного автора книг о сражениях за Кавказ в Великой Отечественной войне потрясли меня обнаженной правдой и решительным неприятием разрушительных идей, расовых бредней и террора.

...21 января 1943 года. По заснеженным улицам только что освобожденного Ставрополя движутся вереницы орудий и повозок, мелькают лица усталых солдат, с боем вошедших в город... Редкие, пожалуй, единственные кадры, всего одна минута кинохроники, которые лет 30 назад нам удалось разыскать в Красногорском кинофотоархиве. Кадры поражают своей пронзительной, никем не подкрашенной правдой...

В освобожденном Ставрополе - руины зданий завода 'Красный металлист'. ...Еще зловеще дымятся развалины домов, дыбятся искореженные каркасы завода "Красный металлист". Навстречу воинам бегут закутанные в тряпье женщины, дети, старики... Потрясающая картина горя, разрушений, от нее так страшно веет тяжелым дыханием войны.

Сохранились отдельные штрихи воспоминаний, которые я записал еще при жизни Феодосии Семеновны Васильченко, в прошлом секретаря одного из райкомов партии города:

"...А утром 26 января, пройдя пешком с группой эвакуированных женщин неблизкую дорогу от Невинки, я наконец увидела Ставрополь...

Картина всеобщего разрушения была угнетающей. Признаюсь, мне казалось тогда, что вряд ли скоро удастся вдохнуть жизнь в эти застывшие на январском холоде руины".

Сводки с фронтов и городская хроника, опубликованные на страницах "Ставропольской правды" чуть ли не на второй или третий день после освобождения города, согласуются с эмоциональными, наверняка правдивыми воспоминаниями ныне здравствующего подполковника в отставке, председателя клуба фронтовых друзей города Ставрополя Юлиана Петровича Григорьева. В ту пору ему было 14 лет. Это свидетельство от "первого лица" рано повзрослевшего подростка, хватившего оккупационного лиха в полной мере.

"...были разрушены электростанция, почта, телеграф, АТС, радиоузел, типография, железнодорожный вокзал, городские бани, хлебозавод, все цехи мясокомбината, мельницы, биофабрика, кожзавод, 150 домов, школы. Превращены в груду развалин 20 магазинов... А тысячи загубленных гитлеровцами душ! Стынет кровь, когда вспомнишь подробности".

Хорошо понимаю: перечень бед - страшная статистика. Но за этим стоит и Память, и неистребимая воля людей в почти мученических условиях военного быта поднять из руин города и села Ставрополья.

Еще искорки воспоминаний:

"...В сельхозинституте и 8-й школе немцы устроили госпиталь. В 32-й школе что-то вроде концлагеря для наших раненых и пленных. В 11-й школе - конюшню".

"...Строительные материалы для восстановления извлекали из обломков взорванной школы N 6, потом перетаскивали их за несколько кварталов".

"...Глину месили ногами и на носилках доставляли наверх".

"...Выравнивали старые гвозди, вытащенные из полуобгоревших досок, ибо достать новые было негде".

Но больше всего поразил один "мирный" эпизод, рассказанный Юлианом Петровичем: о его случайной встрече летом 1987 года с отставным немецким полковником Грейфенбергом. По делам службы Ю. Григорьев как офицер штаба Северо-Кавказского военного округа оказался во Владикавказе. Группу инспекторов разместили в добротном по тем временам "Интуристе". Как-то вечером к гостинице подкатил автобус с немецкой делегацией. Обратил на себя внимание седой человек со следами былой военной выправки, довольно бойко объясняющийся с гидом и персоналом. Поразил весьма точным знанием местности, городов, сел и станиц Северного Кавказа, событий минувшей войны. "...Подошел к нему и спрашиваю, откуда он все это знает. На ломаном русском ответил: воевал здесь в сорок втором году. Мне все больше казалось, что где-то я уже видел этого немца, уж больно знакомое лицо... Стоп! Да это же тот самый майор в форме люфтваффе, который, а это было в августе 42-го года, заметил меня (страху-то, страху!) около клуба им. Гофицкого. Я бежал туда сдавать отцовское охотничье ружье до наступления комендантского часа, да еще под страшной угрозой немецкого приказа.

Майор остановил машину, велел подойти. Долго рассматривал марку ружья, инкрустацию (видно, знал толк), вернул ружье и, отпустив с миром, приказал шоферу следовать дальше. Вот и весь эпизод.

Но случайная встреча через 34 года стала для меня особо символичной... Был 1987 год, начало "горбачевской оттепели", время покаяний и надежд. Три часа, не меньше, проговорили мы. Бередили прошлое, касались деталей, эпизодов военного противостояния. Герр Курт Фон Грейфенберг, как мне показалось, был искренен, не стесняясь, просил прощения за все зло, что принесли нам гитлеровцы. "Не поймите меня превратно, но я был боевым офицером, а не гестаповцем", - сказал он на прощание".

Увы, запоздалое раскаяние бывшего оккупанта.

Источник: "Ставропольская правда", 21 января 2002 г.

К каталогу публикаций рубрики •  Вверх