ПОБЕДА:
1941-45

ГЛАЗАМИ
ПРЕССЫ

ИСТОРИЯ
В ЛИЦАХ

СТАРЫЙ
ГОРОД

НАШ
КРАЙ

ВНЕ
ВРЕМЕНИ
ПРОШЛОЕ, НАСТОЯЩЕЕ И БУДУЩЕЕ СТАВРОПОЛЬЯ - ОБЛАСТИ, ГУБЕРНИИ, КРАЯ...

Линия воинов

Людмила КОВАЛЕВСКАЯ

Декабрь 1979 года. Война в Афганистане. Нам, тогда старшеклассникам, она казалась чем-то нереальным. Не укладывалось в голове, что где-то в жаркой азиатской стране погибают почти ровесники. «Блицкрига» не получилось. А когда 15 мая 1989 года начался вывод советских войск из Афгана, думалось с облегчением: наконец-то наши солдаты будут воевать только с условным противником на учениях. Увы! Когда я беседовала с женой «афганского» офицера Екатериной Тютиной, то несколько раз сбивалась и вместо «Афганистан» произносила «Чечня». Новое поколение солдат – новая война, а вместе с ней кровь, боль, слезы. Из этого нам еще предстоит выбираться. И значит, нельзя забывать об уроках истории. В Кабуле, Джелалабаде или Кандагаре – все они защищали Родину, а потом страдали от непонимания тех, кто «их туда не посылал». И кто же еще знает об этом больше, чем семьи прошедших через горнило той войны?

Тигрыч Каракумский

В Чкаловске Горьковской области (ныне Нижегородская) половина мальчишек бредила небом. Биографию знаменитого земляка, в честь которого назван город, знали наизусть едва не все. Среди них Николай Тютин был настоящим фанатом авиации. Упорнее других он шел к своей мечте. А ведь еще в школе ему поставили диагноз, который, по сути, должен был поставить крест на его цели - подняться в небо, - приобретенный порок сердца. Но Николай упрямо боролся с физической слабостью, много ходил, бегал, упорно занимался спортом, увеличивая и увеличивая нагрузки. И свершилось - медкомиссия допустила его к экзаменам. Для поступления выбрал Ставропольское высшее военное авиационное училище летчиков и штурманов. И… не прошел по конкурсу. Но первая неудача не сломила, а лишь укрепила Тютина в желании добиться поставленной цели. Прошел год - и вот Николай вновь собрался в путь. По дороге на вокзал случайно встретил своего любимого школьного учителя Вадима Арсентьевича Крылова. Настойчивость ученика тот одобрил, пожелал удачи да еще и адрес друга фронтового дал - Алексея Александровича Кремнева, живущего как раз в Ставрополе.

лейтенант Николай Тютин- Обязательно у него побывай. Он мужик настоящий, - напутствовал учитель Николая. – Будет трудно, поможет.

Кремневы приняли радушно, сразу усадили пить чай, засыпали вопросами. И хозяйская дочка Катюша, которой в ту пору было всего 12 лет, не без любопытства поглядывала на симпатичного курсанта (вторая попытка оказалась удачной – его зачислили в училище). И с тех пор ни одно увольнение не обходилось без посещения этого гостеприимного дома.

Николай Тютин. Современный снимокК Катюше он относился, как к младшей сестренке. А потом все как-то резко переменилось. Подросшая угловатая девчонка вдруг начала выдавать колкости в его адрес. И однажды зарделась, как маков цвет, и не смогла спрятать счастливых глаз. Да и в сердце курсанта давно поселилась неизъяснимая нежность к этой девчушке. Вот только слов подобрать оба никак не могли. А между тем Николай уже заканчивал училище. А вскоре новоиспеченный штурман боевого управления отбыл к месту службы в Туркестанский военный округ.

Начались военные будни, которые скрашивали долгожданные письма из Ставрополя. Недосказанное легче излагалось на бумаге. Лейтенант Николай Тютин свои послания любимой подписывал шутливо – Тигрыч (его измененное отчество Львович) Каракумский (по месту пребывания – пустыня Кара-Кум). Столько искрометного юмора и жизненной силы было в этом парне, что Катя очень скоро поняла, что жить без него уже не может и не хочет. То же чувствовал и Николай. Погостив немного у матери, в свой первый отпуск он отправился в Ставрополь. Прогулялись с Катей по городу, сходили в кино. А на второй день он ей сказал: «Катенька, я боюсь, что тебя кто-нибудь здесь заберет замуж, а я так не хочу. Хочу, чтоб ты моей женой была». И отправились молодые в загс. Назначили уже и день свадьбы –30 января 1981 года. Вот только отпуск у Николая был краткосрочный, так что надо было успеть перед торжественным днем съездить еще в часть, получить отпускные, да и отпроситься на больший срок: все-таки впереди медовый месяц. Но жениха невеста так и не дождалась. Пришла только тревожная телеграмма: «Срочно выезжай!» Смешливая Катя восприняла все вначале как шутку. Потому «что привыкла, что любимый ее вечно юморит, смеется, других заводит» на веселье. Однако следом пришло еще одно телеграфное послание: «Приезжай! Можем не увидеться». Было уже не до смеха. Николая отправляли в Афганистан. Назначенный день свадьбы стал днем его отъезда на войну. «Катенька, - сказал молодой лейтенант примчавшейся в Туркестан невесте, - я не хочу, чтобы ты стала вдовой, свадьбу придется пока отложить».

И сегодня она без слез не может вспоминать это прощание.

Привычка жениться

Ровно через год они встретились. И пошли в тот же загс. Коля еще пошутил: «Хобби у меня такое – жениться каждый год, причем на одной и той же невесте». За день до свадьбы жениху вручили первый орден Красной Звезды.

Уже в Волгограде, на новом месте службы, Катя осознала, какие перемены произошли с ее любимым. В письмах он никогда не писал ей о тяготах военной жизни. Берег. Но по ночам труднее было притворяться. Во сне он шел в атаку или отстреливался, преследуемый душманами. И улыбаться как-то враз разучился. Что-то мучило его, но он упрямо уходил от прямых ответов на вопросы. Катя понимала, это был шок от увиденного. Война при ближайшем рассмотрении оказалась так далека от романтических образов, почерпнутых когда-то из книг. Кровь, жестокость, грязь, разочарование, подорванная психика – вот что такое война на поверку.

Там - в Афгане - Николай Тютин был наводчиком. Его задачей было замаскироваться поближе к позициям душманов с рацией и руководить действиями наших вертолетчиков: «Правее, правее, видишь кустарник, там миномет. Накрой его».

И накрывали. Но на войне как на войне. Случалось, что тех, кто корректировал бомбежку, накрывали душманы. Смерть многих своих товарищей видел Николай. И скрипел зубами от беспомощности. Бывало и так: уничтожали целые аулы с мирными жителями, чтобы заодно и врага. Жестокость на войне слепа. К этому привыкнуть невозможно. Душманы тоже никого не щадили.

Но любовь жены, агуканье недавно родившейся дочурки Ксени, простые житейские заботы все же отвлекали от тяжелых дум. Жизнь налаживалась и дарила новые открытия. Николай постепенно оттаял. Екатерина, отгоняя невеселые мысли, подумала, хорошо, что все закончилось благополучно и Николай с ней. Ведь тысячи вернулись домой в цинковых гробах.

Она уже носила под сердцем вторую дочурку. И размышляла о смысле жизни как раз в больнице, куда ее положили, как говорят, «на сохранение». Была суббота. И вдруг неожиданно приехал Николай: «Собирайся!» Куда? Зачем? Объяснил, что отвезет ее к родителям в Ставрополь: ему срочно надо ехать в Военную академию. Не поверила Катя. Тогда он «сдался»: «Да не волнуйся, в Эфиопию меня посылают военным советником. Не командировка - прогулка».

Потом только Катюша узнала подоплеку его новой командировки. Конечно, бесчеловечно было посылать офицера, жена которого беременна, во второй раз в то же пекло. Объяснялось все просто. В его части на тот момент служило много «папенькиных сынков». Не их же. Вот и пал выбор на него.

Прогулка

В этот раз капитан (уже капитан!) Тютин знал, куда едет. Те же желто-красные горы, пыль, жара. И враждебная тишина, которая в любой момент может разорваться стрельбой и предсмертными криками. Улетел в Афган 26 апреля 1986 года, а в мае, выполняя боевую задачу, подорвался на мине. Результат – серьезная черепно-мозговая травма. Вскоре после этого боя его известили о награждении еще одним орденом Красной Звезды. Второе ранение в августе того же года (земля Афганистана до сих пор напичкана минами той войны) привело к временной потере слуха и зрения. Домой он долго не писал, не мог. А когда пришло от него первое письмо, Катя в крик: «Мама, письмо пахнет госпиталем». Она ведь давно поняла, в какую командировку на самом деле послали мужа. Он хоть и выбирал виды с пальмами и врал в письмах, что на севере Эфиопии негры не такие черные, как на юге той же страны, она его, конечно, вычислила. И каждый день ее ожидания уже можно было засчитывать за три или больше. Мама Кати, к тому времени уже тяжело больная (загадала, что Николая она должна дождаться), как могла успокоила дочь: «Дурочка. Раз письмо – значит, жив».

Николай прислал Кате фотографию, на которой он держит на руках обезьянку. В части она всех развлекала тем, что гонялась за каждым, кто хоть немного примет спиртного. Майор (уже майор и трижды орденоносец – еще одна «звездочка» нашла его в госпитале) старался отвлечь любимую от тревожных мыслей, поэтому на обратной стороне написал: «Угадай, с кем это я?» В ответ Катя отправила ему другой черно-белый снимок с вопросом: «А вот догадайся-ка ты, кого я держу на руках!» Так Николай Тютин узнал о рождении второй дочки, названной Лидой в честь бабушки, которой появление на свет внучки продлило годы жизни в буквальном смысле слова. В аэропорту боевого офицера встречали втроем - Катя, подросшая Ксения и совсем маленькая Лидуська.

В этот раз он вернулся совершенно спокойным: никаких ночных бдений, вскриков по ночам. Катя, памятуя его первое возвращение, дивилась. Майор Тютин служил теперь в авиачасти в регионе КМВ. Наконец закончил Военную академию, а Катя получила диплом педагога.

Но прошло несколько лет, и по состоянию здоровья Николай вынужден был выйти на пенсию. Вернулись в Ставрополь. У папы теперь стало достаточно времени для детей. И дочери от него буквально не отходили. По дому хлопотали сообща. Мама-то все больше на работе. А сколько было счастья и шумного веселья, когда собирались все вместе. Да еще котенок-попрыгунчик!

Леша – будущий суворовец

Два серьезнейших ранения давали о себе знать. И потому в многоэтажном доме, где им выделили квартиру, Николаю было душно, тесно и невыносимо. Обменяли это жилье на недостроенный дом. Заботы по доведению его до ума полностью легли на Катю. Из Николая был уже плохой помощник. И она тянула этот воз, не жалуясь на судьбу, радуясь каждому дню, когда муж себя чувствовал хорошо. А тот впал в депрессию, все чаще говорил о бессмысленности жизни. Катя часто бегала с работы домой убедиться, что все в порядке.

Но боевой офицер победил депрессию, вернулся к чтению книг, просмотру телепередач. Упрямо учился жить в новом состоянии, когда почти ничего нельзя: он похудел, ослабел и уже не выдерживал длительных нагрузок. Девочки успели за это время подрасти. Старшая Ксения заканчивает вуз, младшая Лида – пока на третьем курсе. Обе много знают о войне. Не понаслышке.

Катя взяла за правило не скрывать от них ничего. Ни тайн генеалогического древа, бережно восстановленного ею вместе с мамой (ныне уже покойной), ни трудных моментов из истории страны. Достаточно вспомнить биографию бабушки с дедушкой, познакомившихся в… ГУЛАГе. Алексей Александрович Кремнев, отец Кати, попал под Киевом вначале в окружение, потом в Славутский лагерь военно-пленных, вошедший в историю своим километровым тоннелем, который выкопали заключенные ложками. Он был среди тех, кто принимал в этом активное участие. Бежал, сражался с фашистами в партизанском отряде, потом в регулярной армии. А у вагона, который привез его домой, фронтовика встречали особисты, чтобы препроводить уже в советский лагерь. Мама Лиды попалась еще глупее. Из Ленинграда в 1941 году ее отправили на летние каникулы к бабушке в Киев. Захватчики первое время активно демонстрировали, к какой цивилизованной нации они принадлежат, и открыли было в городе высшие учебные заведения. Способная к наукам профессорская дочка Лидочка легко поступила тогда в мединститут. Вот это ей и припомнили. Знакомство оказалось недолгим, вскоре их разослали по разным лагерям. Встретились только в 1954 году. Досталось Кремневым от судьбы, но не обозлились, детей своих воспитали в любви к родине и людям.

Катя уже много лет работает в Ставропольском детском туберкулезном санатории. Однажды сюда привезли мальчика-сироту. Жене офицера стало жалко пацана, и она оформила над ним опекунство и за-брала в семью. Сегодня Алеше 15 лет. Он мечтает поступить в суворовское училище. Вот и продолжение линии воинов по мужской линии. Только бы ему не достались судьбы деда и приемного отца. Катя верит, что у Алексея все будет хорошо. Ксения скоро будет преподавать английский язык. А Лида – будущая художница. Младшие Тютины любят ходить в горы. Вокруг такая красота! Только папе об этом не говорят. Для него отправиться в горы означает идти на боевое задание. Афган не отпускает.

Источник: "Ставропольская правда", 15 мая 2004 г.

К каталогу публикаций рубрики •  Вверх