ПОБЕДА:
1941-45

ГЛАЗАМИ
ПРЕССЫ

ИСТОРИЯ
В ЛИЦАХ

СТАРЫЙ
ГОРОД

НАШ
КРАЙ

ВНЕ
ВРЕМЕНИ
ПРОШЛОЕ, НАСТОЯЩЕЕ И БУДУЩЕЕ СТАВРОПОЛЬЯ - ОБЛАСТИ, ГУБЕРНИИ, КРАЯ...

Последний атаман

Петр ФЕДОСОВ

В этом году станица Расшеватская отметит свое 200-летие. Много воды утекло за это время. Много славных страниц в историю Кубанской области и Ставрополья вписали казаки станицы.

Расшеватскую основали и обустраивали однодворцы – выходцы из порубежья XV-XVII вв. Воронежской, Курской, Орловской и других российских губерний. Вплоть до переселения на Кавказ однодворцы сохранили свои традиции и обычаи, во многом совпадавшие с казачьими, например, выборность руководителей и т. д. Так что вхождение в новую жизнь, когда в конце 1832 года жители села Разшеватского (так оно тогда именовалось) были переведены в казачье сословие, было почти естественным. С этого времени станичники стали служить в Кавказском линейном казачьем войске, а с 1860 года – в Кубанском войске, стали избирать своих атаманов.

Каждый из них внес значительное количество добрых дел в жизнь своей станицы, и о каждом можно было бы написать много хороших слов. Но особо примечательной мне показалась судьба последнего атамана станицы Александра Репникова, отец которого также избирался атаманом. Род Репниковых в XIX веке здесь вырос, окреп, был трудолюбивым, способным, патриотичным. Среди потомков этого рода можно встретить урядников, вахмистров, офицеров вплоть до казачьих полковников и... дворян. Так, во время коллективизации бывшую дворянку (так записано в приговоре) Анну Репникову в 1930 году лишили всего имущества и выслали на Север, откуда ей уже не суждено было вернуться.

Александр Репников, по свидетельству очевидцев, был высокого роста, строен, подтянут, обладал незаурядными организаторскими способностями, строго следил за соблюдением станичниками традиций и обычаев. Редко его можно было встретить без нагайки. При нем станица стала приобретать более респектабельный вид: была построена школа, которую до сих пор называют репниковской, приводилась в порядок больница, возводились мосты и плотины через реку Расшеватку, проведен телефон, станичники через акционерные общества приобретали новые (немецкие и американские) косилки, молотилки, сеялки, плуги, веялки, двигатели внутреннего сгорания для мельниц и маслобоен.

Смутное время 1917-1921 годов не могло не коснуться семьи Репниковых. Сам глава семьи и его дети воевали на стороне белой армии. В 1918 году атаман вынужден был покинуть родную станицу, и больше он сюда никогда не возвращался. Теряются и дальнейшие следы его жизни. Сыновья Дмитрий, Константин и Василий остались живы. Дмитрий, будучи офицером, попал в плен к красноармейцам, в ноябре 1920 года освобожден из Ряжского лагеря и как грамотный направлен на работу в Ряжский управздравотдел Рязанской губернии, где долгое время работал делопроизводителем канцелярии.

Судьбу Константина и Василия удалось проследить более подробно благодаря Глебу Ионикиевичу Петрову – замечательному ученому-селекционеру и сортоиспытателю, который много лет возглавлял селекционную станцию в Буденновске.

Константин и Василий после долгих мытарств поступили учиться в Саратовскую сельскохозяйственную академию в начале 20-х годов. Учились они неплохо, особенно Константин. Его усердие и прилежание заметил Н. Вавилов, который работал там в это время.

Репрессии против казачества, хотя и не столь жестокие, продолжались. Разумеется, они сказывались и на Репниковых. Однако свою принадлежность к казачьему роду они не скрывали, особенно Константин. Его всегда можно было видеть в рубашке-косоворотке, подпоясанного казацким ремнем, в шапке-кубанке.

От своих сокурсников, особенно бывших красноармейцев, он получал множество оскорблений. Некоторые из более радикальных комсомольцев требовали исключить его из академии. Академику Н. Вавилову удалось спасти его от отчисления. Константину устроили досрочную сдачу экзаменов и посоветовали уехать в Среднюю Азию. Эта территория в 20-х и начале 30-х годов представляла собой как бы зону внутренней эмиграции, куда сталинские репрессии еще не дошли. Сюда уезжали многие ученые, интеллигенты, офицеры царской армии.

Именно сюда как неблагонадежный и уехал Константин Репников. Здесь он был назначен руководителем Средне-Азиатской контрольно-семенной станции недалеко от Самарканда. Вскоре эту станцию переводят в предместья Ташкента. Константин Александрович наряду с руководством семенной станции стал возглавлять Средне-Азиатскую государственную комиссию по испытанию сельскохозяйственных культур вплоть до 1936 года.

В конце 50-х годов он переезжает на постоянное место жительства в Москву, где более 20 лет работал во Всесоюзном обществе «Знание». В 1974 году он побывал в командировке в Ставрополе и, конечно, с большим удовольствием посетил станицу Расшеватскую.

Его брату Василию удалось также получить высшее образование. В конце 20-х годов он уехал в Среднюю Азию, где проработал до 60-х годов заведующим сортоиспытательным участком на узбекской зерновой сельскохозяйственной станции, ставшей впоследствии институтом.

В отличие от Константина, Василий отличался замкнутостью. Как отмечали его коллеги по работе, в нем чувствовались какая-то тоска, угнетенность. Только совсем близким людям и в очень узком кругу он неоднократно высказывал свою любовь к Кавказу, своей родине – станице Расшеватской, которую он вместе с братьями и отцом вынужден был покинуть и для которой их предки сделали немало добрых дел.

Хотелось бы надеяться, что в честь 200-летия станицы в ее музее найдется уголок, где фамилия Репниковых займет достойное место.

Источник: "Ставропольская правда", 29 марта 2001 г.

К каталогу публикаций рубрики •  Вверх