ПОБЕДА:
1941-45

ГЛАЗАМИ
ПРЕССЫ

ИСТОРИЯ
В ЛИЦАХ

СТАРЫЙ
ГОРОД

НАШ
КРАЙ

ВНЕ
ВРЕМЕНИ
ПРОШЛОЕ, НАСТОЯЩЕЕ И БУДУЩЕЕ СТАВРОПОЛЬЯ - ОБЛАСТИ, ГУБЕРНИИ, КРАЯ...

Из офицеров - в юнкера, по "высочайшему повелению"

Виктор КРАВЧЕНКО

200 лет назад, в Волынской губернии, в семье доктора медицины Иоганна Христофа Вегелина и Фредерики Августы Игельстром родился сын Александр. По матери он приходился двоюродным братом Константину Игельстрому. Будущие декабристы дружили с детства, и их дальнейшая судьба сходна до мелочей. Оба закончили кадетский корпус в Петербурге и начали службу в Отдельном Литовском корпусе. О судьбе Александра Ивановича Вегелина, пронесшего свои декабристские убеждения через всю жизнь, пойдет сегодня речь.

Александр ВегелинПариж, 16 сентября (н.ст.) 1859 г.
А. И. Герцену.
"Милый друг Александр Иванович! Я уезжаю завтра в Россию и - прибавишь ты: "только теперь вздумал написать ко мне". Действительно, я немножко поздно хватился - но делать нечего. Собственно, пишу я к тебе, чтоб узнать, правда ли, что тебя посетил Чернышевский и в чем состояла цель его посещения и как он тебе понравился?.. Недели через две явится к тебе человек, которого ты, наверное, хорошо примешь, декабрист Вегелин, который желает с тобой познакомиться. Он привезет тебе от меня две важные рукописи, которые мне были доставлены для "Полярной Звезды" во время моего пребывания в Виши. Я познакомился с другим декабристом Волконским, очень милым и хорошим стариком, который тоже тебя любит и ценит...
Будь здоров. Кланяюсь Огареву, его жене и всем твоим. Твой Иван Тургенев".

Когда писалось это письмо, заканчивался жизненный путь декабриста, офицера, патриота России.

А начиналось все в 20-е годы, когда Вегелин, Игельстром и выпускник Вильненского университета Михаил Рукевич создали в войсках "Общество Военных друзей", которое к лету 1825 г. представляло собой довольно многочисленную организацию, имевшую представителей в ряде частей Отдельного Литовского корпуса и считавшую своей политической программой борьбу "за вольность" и "всеобщее благо". После смерти в Таганроге императора Александра I они настойчиво вели агитацию не присягать на верность подданства новому государю - Николаю I. Члены тайного "Общества Военных друзей", бросив вызов самодержавию, выступили одновременно с декабристами, с которыми идейно были близки.

Приговором Военного суда от 15 апреля 1827 г. Вегелин был лишен чина поручика, дворянского достоинства и приговорен к смертной казни, замененной ссылкой в каторжные работы. На каторгу он отправился вместе с Игельстромом и Рукевичем в мае 1827 г. В сопровождении жандармов осужденные доехали до Тобольска, а оттуда вышли в путь с колодничьей партией ссыльных. Генерал-губернатор Восточной Сибири А. Лавинский докладывал графу Дибичу в Петербург: "...Осужденные в каторжную работу государственные преступники Рукевич, Игельстром и Вегелин доставлены в Иркутск 15 числа сего января и отправлены под строгим присмотром к коменданту Нерчинских рудников".

Каторгу Александр Иванович отбывал вместе с декабристами в Петровском заводе. Спустя пять лет Вегелин был обращен на поселение в слободу Сретенскую Нерчинского заводского округа Иркутской губернии. В 1835 г. к нему перевели Игельстрома. Братья прожили вместе почти год, занимаясь сельским хозяйством. Затем, очевидно по ходатайству отца, генерал-майора Густава Игельстрома, последовало повеление Николая I определить Константина Игельстрома рядовым в Отдельный Кавказский корпус. А еще через год та же участь постигла и Вегелина.

В Ставрополе, в штабе командующего, Вегелин получил назначение в Кабардинский егерский полк, на правый фланг Кавказской линии.

Все последующие годы Вегелин участвовал во многих экспедициях, продолжая и службу, и дружбу со многими декабристами. В октябре 1838 г. К. Игельстром писал своему отцу: "С 15 августа я офицером в Кавказских саперах... Александр Вегелин при мне и будет произведен в унтер-офицеры. Он свидетельствует Вам свое почтение и благодарит Вас и Софию за память о нем". Участник тех событий, военный историк А. Зиссерман так описывал один из эпизодов бесчисленных стычек с горцами в окрестностях крепости Внезапной: "Для атаки этого аула и построенного при нем укрепления назначен был небольшой отряд из двух батальонов Кабардинского полка, двух рот Куринского, двух горных орудий и горской милиции, под начальством полковника Лабынцова. 12 мая, выступив с рассветом, колонна беспрепятственно прошла через лесную теснину и только при спуске с возвышений, близ самого аула встречена была сильным ружейным огнем... (Весь день продолжалась перестрелка. - Прим. В. К.). В 8 часов вечера полковник Лабынцов приказал войскам начать отступление. Особенно отличились здесь нашего полка... рядовые из политических преступников Назимов и Вегелин".

За летнюю кампанию 1839 года Вегелина произвели в юнкера.

Весной 1840 г. началось движение за Кубань для заселения берегов реки Лабы казачьими станицами, где намечалось до осени построить Засовское, Махошевское, Темиргоевское укрепления, чтобы иметь прочное сообщение с Кубанью. В лабинском отряде участвовал и юнкер Вегелин.

О Вегелине и Игельстроме декабрист А. Беляев отзывался очень тепло:"Александр Иванович Вегелин, личность очень занятая собой, любил покой и возможный комфорт, он был всегда серьезен и важен, смотрел на все критическим взглядом, любопытно, что все наши товарищи прозвали его диктатором... Игельстром был совершенной противоположностью Вегелину. Это был всегда веселый, беззаботный и действительно несносный, когда хотел кому-нибудь надоесть, но оба они были славные личности, благороднейших и честнейших правил и добрые товарищи".

Осенью Кабардинский полк в составе трех батальонов снова переводят на Восточный Кавказ, и Вегелин со своим батальоном выступил через Ставрополь на Терек. В декабре 1840 г. из Прочного Окопа М. Назимов писал И. Пущину в Туринск: "Вегелин и Беляевы еще не возвратились с левого фланга из Дагестана и Чечни, куда отправились в октябре для экспедиции. Но все они, слава Богу, здоровы и благополучны".

После окончания Сунженской экспедиции, когда войска встали на зимние квартиры, Вегелин вместе с братьями Беляевыми, вернулся в крепость Прочный Окоп, где на форштадте снимал небольшую комнату, а весною, получив разрешение, выехал на лечение в Пятигорск.

Трагическим утром 16 июля Лорер именно от Вегелина узнал о гибели М. Ю. Лермонтова. Николай Иванович описал это печальное событие так: "На другой день я еще не знал о смерти его, когда встретился с одним товарищем по сибирской ссылке, Вегелиным, который, обратившись ко мне, вдруг сказал: "Знаешь ли ты, что Лермонтов убит? Ежели бы гром упал к моим ногам, я бы и тогда, думаю, был менее поражен, чем на этот раз. Когда? Кем? - мог я только воскликнуть. Мы оба с Вегелиным пошли к квартире покойного, и тут я увидел Михаила Юрьевича на столе, уже в чистой рубашке и обращенного головой к окну"...

В Пятигорске Вегелин пробыл до поздней осени. Наступивший 1842 г. принес не только новые экспедиции, но и долгожданное производство в офицеры. Год спустя военный министр уведомил "о высочайшем повелении насчет увольнения от службы прапорщика Кабардинского Егерского полка Вегелина, проживать, согласно его избранию, в г. Полтаву, но безвыездно и под строгим секретным надзором полиции". И это - после столь самоотверженной службы...

Позже Александр Иванович переехал в Одессу, где и прошли последние годы его жизни. В этом портовом городе брат Вегелина Эмилий Иванович имел давние связи, а в 50-е годы проживала с семьей и сестра Юлия Ивановна (в замужестве Граве). Одесский период жизни Вегелина упоминается в переписке декабристов. Из воспоминаний Н. Лорера: "На руках товарища моего по Сибири Александра Ивановича Вегелина скончался Л. Пушкин на 47-м году от роду".

Как видим, Вегелин и в Одессе продолжал кавказскую дружбу с Львом Сергеевичем, последний служил там в таможне. Безусловно, Вегелин встречался и с С. Волконским, побывавшим в Одессе в сентябре 1858 г. Жена декабриста, Мария Николаевна (урожд. Раевская), будучи с мужем в Сибири, сыграла большую роль в организации переписки декабристов, в том числе Вегелина и Игельстрома, с родными. Декабрист С. Трубецкой, проживший в Одессе около года, упоминает о своих встречах с Вегелиным на Приморском бульваре осенью 1858 г.: "Я ежедневно хожу часу во 2-м на бульвар и сижу на лавочке с Сашей, Надей... Любуюсь на море и проходящие и стоящие корабли... (их, впрочем, мало, жалуются жители); к Саше подсядет Вегелин и как он давнишний здесь житель и знает всех, то называет проходящих и рассказывает их историю. В 3 часа расходимся, Вегелин идет обедать к сестре своей м-м Граве, а мы в гостиницу Вагнера к Саше обедать".

Надо полагать, темы их разговоров не ограничивались бытовыми. Россия стояла на пороге отмены крепостного права, шла подготовка крестьянской реформы, до которой оба декабриста так и не дожили. "Теперь живо-трепещущий вопрос волнует все умы, каждый разрешает его своим образом, согласно с своими интересами, с своими опасениями или надеждами, и действует на основании их. Но можно утвердительно сказать, что никто - ни партизаны, ни противники освобождения, не видят ясно не только отдаленных, но и ближайшего результата..." - писал С. Трубецкой из Одессы.

В августе 1859 г. "Одесский вестник" извещал об отъезжающих за границу: "Отставной прапорщик Александр Вегелин с племянницей, дочерью генерал-майора Мариею Граве". Через Константинополь они морем доплыли до Франции.

Возможная встреча Вегелина с Герценом (вспомним письмо И. Тургенева) в Лондоне подтверждает то, что он до конца своих дней сохранил верность декабристским убеждениям.

Скончался Александр Иванович в 1860 году в Одессе, где и был похоронен.

"Ставропольская правда", 27 апреля 2001 года.

К каталогу публикаций рубрики •  Вверх