ПОБЕДА:
1941-45

ГЛАЗАМИ
ПРЕССЫ

ИСТОРИЯ
В ЛИЦАХ

СТАРЫЙ
ГОРОД

НАШ
КРАЙ

ВНЕ
ВРЕМЕНИ
ПРОШЛОЕ, НАСТОЯЩЕЕ И БУДУЩЕЕ СТАВРОПОЛЬЯ - ОБЛАСТИ, ГУБЕРНИИ, КРАЯ...

Здравствуй, Барятинская!..

Тамара КОВАЛЕНКО

Сегодняшняя Комсомольская улица в Ставрополе занимала когда-то пространство только между нынешним проспектом Октябрьской революции и улицей Розы Люксембург. И носила она имя замечательного сына России, героя Кавказской войны, генерал-фельдмаршала князя Александра Ивановича Барятинского, пленившего в августе 1859 года повелителя Кавказа

улицы Барятинская и Воронцовская в старом СтаврополеЭто был поистине патриархальный уголок: пышные вязы, клены, белые и розовые акации, липы, широкие газоны вдоль ухоженных домов с преимущественно зелеными и желтыми ставнями. Во дворах росли фруктовые деревья. За глухими заборами виднелись мощные кусты сирени различных цветов и оттенков, жасмина, бульденежа, бузины. К узким тротуарам, вымощенным местным камнем, вплотную примыкали водосточные канавы, закрытые тесаным ракушечником.

Поскольку Барятинская принадлежала к числу центральных улиц города, то на ней главным образом селились состоятельные люди, чьи средства позволяли возводить приличные, в большинстве случаев турлучные дома. Многие из них, прежде всего расположенные на нечетной стороне улицы, благодаря искусно нанесенной штукатурке и сегодня производят впечатление каменных строений. Находившиеся же на противоположной стороне улицы жилища в основном обложены красным кирпичом, отдельные обшиты досками. Несмотря на свою разнотипность, дома вкупе составляли своеобразную архитектурную композицию. В наши дни многие из них запущены, испорчены всякого рода пристройками, с иных сняты кованые кружевные надкрылечники, от которых остались лишь следы над бывшими парадными входами, превращенными в несуразные окна или побеленные известью участки стен.

С некоторых пор в угоду планам градостроительства, еще хорошие особняки были снесены. Старожилы, например, помнят добротный, нарядный двухэтажный дом на юго-западном углу улицы Комсомольской и проспекта Октябрьской революции с огромным сводчатым подвалом. В нем много лет круглогодично торговали овощами. Вход в него был с улицы Комсомольской по ведущим глубоко вниз каменным ступеням. На этом месте сейчас обосновалось крыло четырехэтажного жилого дома (проспект Октябрьской революции, 28).

О том, что третье от угла краснокирпичное двухэтажное сооружение с одряхлевшими балконом и парадной дверью (сейчас в нем городской радиоузел) некогда принадлежало крупному стройподрядчику Ариану Григорьевичу Торбину, а затем его конфисковали, я узнала сравнительно недавно из краеведческих материалов. Впервые мне довелось побывать в нем осенним днем тридцать восьмого года. До сих пор помню, как мы, группа школьников, вошли в небольшой уютный двор, выложенный камнем. На стене дома прочитали: "Кагановичский райком ВЛКСМ".

По деревянной внутренней лестнице поднялись на второй этаж. В высокой светлой комнате стояли два или три стола и ни единого стула. Перед высокой филенчатой дверью с надписью "Первый секретарь" толпился такой же, как мы, юный народ в ожидании приема в комсомол.

В этом же здании находился и райисполком. В первые дни войны нас, комсомольцев, вызвала к себе в маленький кабинетик, украшенный роскошной китайской розой, руководящая особа - А. Бахтина - и послала разносить повестки домохозяйкам для отправки на сельхозработы.

После войны (вплоть до окончания строительства собственного здания на улице Артема, 35а) в бывших апартаментах Торбиных помещался краевой комитет радиовещания. Его возглавляли сначала С. Борисов, затем многие годы - И. Лукьянов. Одно время заместителем председателя комитета был писатель Н. Чудин. В разные периоды оттуда вели радиопередачи дикторы Б. Данильченко, Л. Черная, М. Кандыбко, 3. Поздняева, Э. Каравинская.

По соседству с этим сооружением в кирпичном одноэтажном доме с рядом окон на улицу жили известный в городе врач Шульц с супругой. Моя знакомая М. Ткаченко, чье детство прошло в одной из надворных построек старинного особняка, вспоминала:

- Это была доброжелательная, интеллигентная чета. Несмотря на исключительность своего положения в городе, они уважительно относились к окружавшим их в быту, в основном простым и бедным людям. Для их детей жена Шульца устраивала у себя в квартире новогодние праздники с подарками. Вместе с нами водила вокруг елки хоровод.

Пожалуй, ни на одной из таких коротких улиц Ставрополя, какой прежде была Комсомольская, не жило столько известных людей. Многие из расположенных на ней построек связаны с их именами. Взять хотя бы внешне непритязательный краснокирпичный дом под номером 102. Он нам дорог тем, что в нем не так давно жил и творил выдающийся ученый, создатель Ставропольского ботанического сада Василий Васильевич Скрипчинский. Вот как почти два десятилетия назад описывал интерьер его квартиры в своем очерке "На семи ветрах" наш земляк писатель Е. Карпов: "Вошел в дом директора ботанического сада, и ... показалось, словно бы я каким-то образом переселился из двадцатого века в девятнадцатый. Тесные коридорчики, небольшие комнатки. Старинные столы, стулья. Лак, потемневший от времени. В небольшие окна сквозь густые ветви мало проникало света. И тишина мне показалась по-старинному сумрачной и глубокой".

Мысленно переношусь на противоположную, нечетную строну улицы и представляю, как из дома, что теперь значится под № 113, выходит юноша в гимназической форме. Это Герман Лопатин, воспитанник Ставропольской мужской гимназии -единственного тогда среднего учебного заведения почти для всего Северного Кавказа. Глядя на него, кто бы мог подумать, что в будущем он станет крупным революционером, другом К. Маркса и первым переводчиком первого тома его "Капитала" на русский язык.

В наше время, когда возникла идея создать в бывших пенатах Лопатиных городской музей "Русская старина", устроители этого учреждения обнаружили исчезновение надкрылечника над парадной дверью. Решили каким-то образом компенсировать недостающую деталь. Пошли на подделку: сняли металлический навес с дома № 117 и прикрепили его к новоиспеченному "очагу культуры". А поскольку в кружевной вязи навеса значилась дата постройки дома, то последнюю цифру в ней исправили на нужную с помощью электросварки.

Кстати, о доме, лишенном надкрылечника. В нем до конца своих дней проживали коренные ставропольцы - известный в городе главный врач психиатрической больницы А. Я. Доршт с женой Марией Соломоновной и ее родными. Сам Адольф Яковлевич, человек с тяжелым взглядом темно-серых глаз, происходил из тех самых мастеровых Дорштов, которые обосновались у нас в России в конце XVIII -начале XIX века. Его жена была из рода Эрлихов, богатых торговцев золотыми изделиями.

Нельзя не вспомнить еще об одном доме по этой улице -№ 125 рядом со школой-интернатом для глухонемых детей. Он отличается своеобразным искусством постройки. Раньше из-за высокого каменного забора и такой же высокой, плотно закрытой деревянной калитки без единой щелки всегда таинственно выглядывали чистые окна с красивым тюлем, а еще - верхушки стен, оплетенные культурным виноградом, кроны деревьев. После оккупации этот дом занимали председатель крайисполкома Прошунин и его заместитель Конопко. До революции этот особняк принадлежал талантливому архитектору Григорию Павловичу Кускову.

Источник: "Ставропольская правда", 27 мая 1999 г.

К каталогу публикаций рубрики •  Вверх