Вначале с некоторым недоверием, затем с большим интересом и благодарностью за памятливость, талант и неравнодушие к родному краю я прочитала трилогию, написанную нашим земляком Иваном Ксенофонтовичем Яковлевым.

Иван Ксенофонтович Яковлев.

Иван Ксенофонтович Яковлев.

Материал для бестселлера

К сожалению, из написанного им издана только одна книга воспоминаний о войне «Мой рок в войне» тиражом всего 100 экземпляров в подмосковном городе Королеве, где сегодня живет его единственная дочь Анна Ивановна Фролова (Яковлева).

«Биография этого человека по концентрации и масштабам как героических, так и трагических событий во время Великой Отечественной войны и после неё, когда он активно включился в восстановление разрушенного, может стать материалом для бестселлера, в центре которого судьба крестьянского сына, учителя, воина, пленника фашистских лагерей, безработного с клеймом военнопленного, разнорабочего, инженера, первого директора целинного винсовхоза «Краснооктябрьский» в Буденновском районе, главного инженера Терско-Кумской оросительно-обводнительной системы (ТКООС) с 1963 по 1984 год, настоящего мужчины», – так написал о нём владелец интернет-сайта из Королёва, на котором размещены военные воспоминания Ивана Яковлева.

В Ставрополе живет доверенное лицо дочери И.К. Яковлева Юлия Николаевна Ляликова, которая и познакомила меня с творчеством нашего земляка. Его книгу о войне, изданную мизерным тиражом, прочитали немногие на Ставрополье. А две другие книги трилогии остаются неизданными. Текст просто отпечатан на машинке, к нему приложены старые фотографии, которым также нет цены. Потому что это бесценный слепок истории, судьбы ушедших поколений, которые внесли свой вклад в развитие Ставрополья, выписанные тщательно, с душой, с бесценными подробностями ушедшего времени.

Юлия Николаевна Ляликова была с ним лично знакома и даже выбрала профессию благодаря его мудрой подсказке. Она уже приложила много стараний, чтобы издать его рукописи, но пока не нашла живого отклика и понимания.

Строительство канала, 1930 г.

Строительство канала, 1930 г.

Виноградная целина

«Так случилось, что в конце прошлого, 2018 года мне в руки попали рукописи человека, которого я совсем немного знала еще в 1960 году прошлого века, когда его только что назначили директором нового винсовхоза «Краснооктябрьский» в Будённовском районе, – рассказывает она. – Я в то время трудилась в должности заведующей сельским клубом села Красный Октябрь, что в 20 км от родного Будённовска. В нашем разговоре с Аней Яковлевой, третьекурсницей Ленинградского текстильного института, приехавшей в 1961 году к родителям на каникулы, выяснилось, что недавно назначенный директором нового винсовхоза «Краснооктябрьский», создаваемого на землях до этого прозябавшего в бурьянах отделения овцесовхоза «Калининский», – ее папа Иван Ксенофонтович Яковлев. Видела его до этого разговора всего пару раз издали. Это был высокий стройный мужчина лет сорока, которого часто видели шагающим через совхозные поля. Нэля Быкова, агроном-виноградарь, глядя на нового директора, стремительно пересекающего территорию поймы Кумы в сопровождении поспешающей за ним небольшой свиты подчиненных, как-то обронила: «Ну, прямо как Пётр Первый!». Он действительно резко выделялся среди группы работников совхоза и ростом, и какой-то особенной уверенностью, заряжающей решимостью».

Состояние доставшегося ему хозяйства было плачевным. Юлия Ляликова тогда закончила школу и устроилась на свою первую работу, а потому хорошо помнит это время. На территории нового совхоза имелось два населёных пункта, состоящих из цепочек односторонних улиц, неотапливаемого клуба – бывшего склада, магазина, конторы и пары хозяйственных построек. Село Красный Октябрь и пос. Горный находились по разным берегам Кумы с разрушенным паводками мостом. Электрификация всей страны застряла где-то в селе Покойном – центральной усадьбе овцесовхоза «Калининский». Вечерняя жизнь протекала в этих сёлах при свете керосиновых ламп.

«Главными богатствами, доставшимися новому совхозу и его директору, были местные жители и две тысячи никогда не паханной ценнейшей плодородной пойменной земли, самой природой предназначенной для выращивания винограда. Проработав в совхозе три года, И. Яковлев совершил невероятное: создал не только прекрасные виноградники, развернув масштабное жилищное и производственное строительство, но и запустил винодельческое производство», – до сих пор удивляется Юлия Ляликова.

Именно об этом периоде своей жизни Иван Яковлев написал книгу «Виноградная целина».

Ликвидация просадок насыпи на каналах системы ползунковыми конными скреперами, 1930-е годы.

Ликвидация просадок насыпи на каналах системы ползунковыми конными скреперами, 1930-е годы.

Энциклопедия мелиорации

Биография И. Яковлева действительно просто невероятна. Из ничего на пустом месте он создал новый винсовхоз. А через три года его, пробывшего в течение четырех лет в фашистском плену, что было незаслуженным клеймом на биографии, особенно в первые послевоенные годы, беспартийного, перебрасывают тем не менее на другую, не менее сложную и ответственную работу – главным инженером Терско-Кумской обводнительно-оросительной системы.

«Он не был кабинетным руководителем: каждое поле, каждый канал, дорогу, мост прошагал многократно своими ногами, знал всех подчинённых ему людей до деталей их личных жизненных обстоятельств, принимал смелые, неординарные решения, порой рискуя должностью», – вспоминает Юлия Николаевна.

Видимо, неслучайно, выйдя на пенсию в 65 лет, еще будучи полным сил, замыслов и энергии, Иван Ксенофонтович определил себе новую миссию – рассказать обо всем, что хранила его память, о себе, дорогих ему людях, с кем пересеклась его судьба, о войне, о работе, о своей стране, для которой он жил и работал, о чьей судьбе болела его душа.

Я с интересом прочитала единственный экземпляр его рукописи «Водяные», которую доверила мне Юлия Николаевна. Это не просто сухая констатация исторических этапов создания масштабной Терско-Кумской оросительной системы, которая превратила засушливые земли в плодородные, и не только на Ставрополье, а настоящая, на мой взгляд, энциклопедия мелиорации. Из книги можно почерпнуть в том числе ценные исторические знания, с чего есть пошла поливная система на Северном Кавказе задолго до возникновения Терстроя, так сокращённо называли Управление строительства Терских каналов.

Кстати, дедушка И.К. Яковлева возглавлял с 1924 по 1932 год Прикумское мелиоративное хозяйство, которое было создано в первые годы советской власти при уездном земельном управлении и отвечало за обслуживание единоличных орошаемых хозяйств, ремонт и содержание межхозяйственных водных объектов. Система эта действовала и до революции, изменившей бег истории. Чтобы содержать ее в порядке, на сельских сходах выбирались уполномоченные из числа наиболее уважаемых и толковых сограждан. Односельчане называли их водяными старостами, а то и еще проще – «водяные». Так что можно сказать, что сам Иван Яковлев из династии «водяных». Отец его в своё время принимал участие в строительстве Терских каналов.

«Колесо, насаженное на муфту с подшипниками, легко вращалось от движения воды, черпаки наполнялись внизу водой, а уже наверху вода из них проливалась в легкое металлическое корыто, – так описывает И. Яковлев простейшее приспособление для полива, которыми пользовались крестьяне. – Из него вода сначала по трубе, а затем по металлическому желобу стекала на косогоре в небольшую земляную копань-накопитель, откуда при поливе выпускалась в выводную, а затем и в поливные борозды». Так крестьяне освобождали себя от тяжелого ручного труда на собственных огородах и виноградниках.

«Водяные»

Книга «Водяные» – это свидетельства почти целого века жизни нашей страны, Северного Кавказа, Ставрополья с реминисценциями в далекое прошлое.

Многие ветераны из числа пионеров мелиорации в 60-е годы прошлого века, когда начиналось создание книги, были уже на пенсии. Их попросили самостоятельно написать свои истории. Эти воспоминания «водяных» на пенсии также стали бесценной частью общего повествования. Рыли каналы вручную. Берега укрепляли с помощью конных скреперов. Ни о какой технике речи не было. Жили в палатках. И тем не менее именно Терстрой многим дал путевку в жизнь. Вот как пишет об этом в своих воспоминаниях бывший заведующий центральным складом предприятия А.А. Симанский: «Терстрой стал поистине животворной организацией не только для степных народов Ставрополья, дав им живительную воду, но и для таких бедолаг, бездомников, как я. Здесь я нашел свое призвание, почувствовал себя человеком. Радовался, что прожил жизнь недаром, стал уважаемым членом общества, а не босяком, люмпен-пролетарием».

Его история и в самом деле впечатляет. В 12 лет ему, мальчику из бедной семьи, пришлось покинуть дом, чтобы искать заработок на стороне. Так попал на Кавминводы. Трудился и на стройке, и на рыбных промыслах, и в экономиях крупных помещиков, перебивался случайными заработками. Пристанищем в зимнее время были ночлежные дома, постоялые дворы, летом укрывались под навесами на рынке. В Пятигорске временным прибежищем служили пещеры на горе Горячей. Ряды «бездомников» пополнялись зачастую и «грамотными людьми, потерпевшими неудачи в жизни». Общение с ними, чтение книг, которые удавалось взять почитать в библиотеках при чайной «Общества помощи бедным», расширяли кругозор. Университеты Симанского также – три революции, потрясшие Россию начала XX века, Гражданская война. В Терстрой попал в мае 1928 года по путёвке от правления производственного союза «Всеработземлес». Вот такие загадочные аббревиатуры существовали в 20-е годы прошлого века. Тоже своего рода примета времени. Таких черточек, любопытных деталей, преломленных через конкретные человеческие истории, в рукописи великое множество.

Галерея представленных в книге образов соратников дается без различия чинов и должностей: от неграмотных землекопов до бывших участников Гражданской войны на стороне большевиков, активно включившихся в мирные преобразования. Есть личности, внесшие большой вклад в развитие мелиорации, но по навету попавшие в сталинские лагеря. Многие из них так и не вернулись домой.

Как первый руководитель Управления по строительству Терских каналов – структуры, созданной по его же инициативе, – Дмитрий Петрович Берлев. Участник Гражданской войны, искренний борец за советскую власть, представитель тех большевиков, которые до конца остались верными революционным идеалам. Неслучайно Сухопадинский канал некоторое время даже носил имя Д.П. Берлева (это была практика того времени – называть в честь действующих заслуженных людей). Берлева арестовали в 1936 году. Реабилитирован посмертно. И лишь в 1967 году стало известно, кто написал тот донос, который стал роковым. Иван Яковлев не назвал в книге его фамилию, чтобы не наносить травму семье доносчика.

Были на стройке и священнослужители, преследуемые советской властью и оставшиеся в результате не у дел. Работали очень добросовестно. «Когда однажды колхозники станицы Солдатской выразили недовольство тем, что их не направляют на хорошо оплачиваемые работы на котловане, а используют там наемных рабочих – попов и кулаков, – пишет в своей книге И.К. Яковлев, – прораб на строительстве канала Малка-Кура А.И. Щерба со свойственной украинцам иронией показал на работающих в грязи людей и сказал: «У цим аду можуть робиты тильки воны. Як що у вас е еще двисти попив, давайте их сюды, на цю работку!».

«Водяные» – это не ведомственный очерк. Содержание книги не укладывается в такие узкие рамки. Речь в ней не только о достижениях, но и о суровых реалиях жизни того времени. Селяне, лишившиеся в результате коллективизации своих хозяйств, не скоро оправились и научились жить по-новому. «Запасы доели, – вспоминает детство Иван Яковлев, – перешли на голодный режим. Выручала свекла, которую, к счастью, удалось вырастить и заготовить в достаточном количестве. Ели её во всех видах. О хлебе только мечтали». Кстати, именно в этот период Яковлеву довелось встретиться с Д.П. Берлевым. Тот оказался рядом, когда Ваня с братьями сдирал с тутовника кору, из которой мать, перетерев в муку, собиралась испечь лепешки. Видя их крайнюю нужду, он достал из котомки хлеб, сало и поделился с детьми.

Судьба русского солдата

Отдельного разговора достойна и первая книга, о которой сказано в самом начале, – «Мой рок в войне». На мой взгляд, это зрелое художественное произведение, взгляд на войну изнутри, без напыщенного патриотизма и бравады. Как сражались и выживали в первые месяцы войны, как отступали, как били фашиста, даже отступая. Как складывалась судьба наших солдат и офицеров, попавших в плен. Несколько раз Иван Яковлев за четыре года в фашистском концлагере пытался бежать, к сожалению, неудачно. Пережить надо было и пристрастную проверку особистов из НКВД, которые в поиске реальных предателей, мягко говоря, перегибали палку. Рассказ его не только талантлив, но и предельно искренен. Свидетельству таких людей доверяешь больше, чем некоторых карьеристов, которые ради званий и отчетности готовы были сочинять легенды для начальства.

Ушёл из жизни Иван Ксенофонтович в 2001 году в Королёве (будучи уже на пенсии он переехал к дочери).

Послесловие

«В следующем, 2020 году страна отметит очередной юбилейный год окончания Великой Отечественной войны – 75-летие, – говорит Юлия Ляликова. – С каждым годом число живых участников и свидетелей великой трагедии и великих событий уменьшалось у нас на глазах, и вот наступают годы, когда чествовать живых ветеранов уже не остается никакой возможности. Тем важнее использовать шансы найти и сберечь письменные свидетельства, фотографии, устные рассказы о тех уже далеких временах и событиях, о людях».

О парадной стороне войны написано много. И военачальниками, и профессиональными литераторами. В последние годы всё большую популярность приобретают так называемые «окопные» мемуары – воспоминания рядовых участников войны, взгляд которых изнутри тех событий делает картину полнее и человечнее. Среди читателей и литераторов большой резонанс получила книга «Воспоминания о войне» прошедшего все четыре года войны Николая Никулина, которая написана именно в таком жанре. Книга нашего земляка Ивана Яковлева, по мнению прочитавших её, может занять достойное место в этом ряду искренних военных историй. Но для того, чтобы это случилось, необходимо дать возможность широкому кругу читателей прочитать её.

Юлия Николаевна считает, что правильно было бы напечатать не только первую, но и все книги трилогии. Это будет уникальное цельное повествование о времени и о себе, важное и полезное чтение как для зрелых людей, так и для молодежи.

Электронная версия трилогии стараниями Ю. Ляликовой и небольшой группы её помощников уже готова. Они надеются на финансовую поддержку в печатном издании трилогии. В частности, в этом могут быть заинтересованы учреждения мелиорации и водного хозяйства, профильные предприятия и объединения, музеи села Прасковея и города Будённовска, городов КМВ, библиотеки и архивы, все, кому не безразлична история и судьба родного края.

Людмила КОВАЛЕВСКАЯ