За прошедший год число посещений краевого психиатрического диспансера выросло на 19%. Этот факт говорит о том, что наконец-то россияне начинают заботиться о своем психоэмоциональном состоянии, беря пример с жителей западных стран.

Олег Боев

Олег Боев

© Фото пресс-службы ГБУЗ СК «Ставропольская краевая клиническая специализированная психиатрическая больница №1»

Корреспондент «СП» беседует с Олегом Боевым, главным врачом Ставропольской краевой клинической психиатрической больницы № 1, главным психиатром Ставропольского края и СКФО.

– Олег Игоревич, кто и зачем к вам обращается? Ведь помощь диспансера может понадобиться не только людям с хроническим заболеванием?

– Мы занимаемся лечением психических болезней. К нам можно прийти по совету другого врача или самостоятельно, понимая или чувствуя, что нужна помощь. Наша задача на первом этапе будет заключаться в поиске проблемы и точной диагностике. Врач определит состояние, с которым обратился пациент, сделает выводы: это временная трудность, которая скоро пройдет, или уже прогрессирующая болезнь. Конечно, как и в любой другой области медицины, заболевание эффективнее всего поддается лечению на начальном этапе развития.

– Как поймать этот начальный этап самостоятельно, до визита к врачу? Где тот звонок, который должен насторожить?

– Самостоятельно степень проблемы определить крайне сложно. Но если у вас в течение года стремительно падает качество жизни из-за регулярных эмоциональных всплесков, повышенной раздражительности, апатии, агрессии, снижения работоспособности и социальной адаптации, то это уже существенный повод задуматься. Может случиться так, что врач найдет достаточно причин для того, чтобы поставить диагноз.

На самом деле психоневрологическая помощь – дело государственной важности, как бы это пафосно ни звучало. Когда у человека депрессия, существенно снижаются его возможности, работоспособность и КПД. Если таких людей много, то, соответственно, падает и экономика страны. Самые организованные и неравнодушные к своему здоровью люди это уже понимают. К нам обращаются и бизнесмены, у которых дело не идет на лад из-за прогрессирования выраженной тревоги или депрессии. Проблемы чаще всего не в окружающих факторах, а в голове человека.

– К вам обращаются и с болезнями, и, как оказалось, с проблемами личностного роста. А если говорить простым языком дилетанта, то какие жизненные трудности приводят к вам в больницу?

– Любые жизненные трудности, и малые, и большие, могут стать для человека в какой-то момент непреодолимыми. Обращаются те, кто не может справиться с проблемой самостоятельно. Может рушиться не только бизнес, но и семья. Чаще речь идет о людях, переживших сильный стресс. У кого-то сгорел дом, у кого-то умер от болезни родственник, у кого-то ребенок стал наркоманом... К сожалению, стрессовых ситуаций в современном мире масса.

– Олег Игоревич, а в чем заключается лечение в стенах диспансера?

– Поскольку мы медицинское учреждение, то и лечим, естественно, медикаментами, психотерапией, психологической коррекцией. Есть люди, которые просто приходят на амбулаторный прием раз или два в месяц, есть пациенты, которые на дневном пребывании – лечатся без отрыва от работы, а есть и те, кто оформлен в стационар. Надо сказать, что лучше всего обращаться на ранних стадиях неврозов, депрессий и других нарушений здоровья, пока они хорошо поддаются лечению.

Существуют и отделения, где лечатся принудительно. Это люди с хроническими, длительными заболеваниями психики, которые могут представлять угрозу как себе, так и быть опасны для общества: они агрессивны, внезапны, не понимают последствий своих действий, могут устроить пожар, все крушить вокруг. Таких немного из числа всех обратившихся. По закону бригада неотложной помощи имеет право госпитализировать таких пациентов без их согласия.

– Многие люди боятся к вам идти, опасаясь дискриминации на работе. Как отлажена система конфиденциальности?

– Психиатрия – самая защищенная в законодательном отношении отрасль медицины. Если болезнь не имеет ярко выраженную хроническую форму, то это не влияет на выдачу водительских прав и прав на оружие. Врачебную тайну никто не разглашает, информация хранится в медицинских документах, пациенты имеют право с ней ознакомиться, и по инициативе врачей за стены она не выходит.

Надо отметить, к болеющим психическими заболеваниями недостаточно терпимое отношение в обществе. Наверное, это связано со страхами, что психический больной причинит нам или нашим близким вред. Это еще и вопрос неготовности понимать страдания и недуги других людей, сочувствовать им.

Елена АЛЕКСЕЕВА