Близятся к завершению необычные дни зимы, называемые Святками. До Крещения осталось совсем чуть-чуть… Вообще, эти веселые, радостные, волшебные зимние праздники – Новый Год, Рождество, Святки, Крещение – несомненно, самые любимые, самые красивые.

© Фото: Елена СМИРНОВА

А какие же праздники без музыки?! Инструментальной, вокальной, хоровой, которая с древних времен и до наших дней доставляет нам истинное наслаждение. Но наиболее интересной и красивой можно назвать рождественскую музыку, представляющую собой не только возвышенные церковные песнопения, но и настоящий калейдоскоп прекрасных произведений как западноевропейских классиков, так и русских композиторов.

С установлением христианской религии и русские народные традиции не были забыты, а гармонично переплелись с новыми, духовными. Например, это нашло отражение в названии колядок, в народном сознании ассоциативно восходящем к дням поворота солнца на лето. Величальные поздравительные песни славянского новолетия именовались колядками ( «Пришла Коляда накануне Рождества»). Зимние народные песни – колядки, подблюдные (гадальные), святочные, игровые – сколько в них живой народной поэзии! Колядки пелись также в Румынии, Болгарии, Молдавии, а на Украине они назывались щедровками. Колядовала обычно молодежь, которая обходила дворы односельчан с пением величальных песен. В них хозяина сравнивали с красным солнышком, хозяйку со светлым месяцем, малых детушек с частыми звездочками. А хозяева одаривали гостей сладостями, пирогами, мелкими деньгами.

Почти повсеместно святочными вечерами народ устраивал веселые игрища, сопровождаемые пением лирических, шуточных, игровых песен (наиболее известная из них «Со вьюном я хожу»), ряженьем, плясками, разыгрыванием небольших комедийных сценок. А традиционные святочные гадания девушек, так красочно описанные в романе «Евгений Онегин» Пушкина и поэме «Светлана» Жуковского, сопровождались так называемыми подблюдными песнями. К слову, именно Александр Сергеевич впервые отметил символичный, иносказательный характер подблюдной поэтики, ведь каждая строфа этих песен – своего рода загадка, нуждающаяся в толковании. Помните у Жуковского: «Раз в крещенский вечерок девушки гадали, за ворота башмачок, сняв с ноги, бросали… В чашу с чистою водой клали перстень золотой, серьги изумрудны, расстилали белый плат и над чашей пели в лад песенки подблюдны…»?

Гораздо позже в мире возникла потребность как в строгих церковных песнопениях, так и в торжественно-официальной музыке, посвященной Рождеству. Сюжеты, связанные с Рождеством, служили источником вдохновения для художников и композиторов, творивших в разное время. Появившиеся еще в XIII веке рождественские гимны вошли в огромный пласт религиозной и светской музыки Баха и Генделя. К примеру, грандиозная «Рождественская оратория» Баха, состоящая из шести кантат, в XVII веке исполнялась по частям на протяжении нескольких дней – от Рождества до Богоявления! Своей музыкой великий немец изобразил и радость пастухов, узнавших о рождении Мессии, и ликующий хор ангелов, поющих «Слава в вышних Богу», и благословление волхвов, стоящих над колыбелью Спасителя. А хоры и арии, повествующие об этих событиях, объединены в оратории речитативами от лица Евангелиста.

Известный итальянский скрипач и композитор XVII века Арканджело Корелли писал в основном инструментальную музыку. Его перу принадлежит 12 «Больших концертов» (Concerto grosso). Один из них, «Рождественский концерт», как раз и посвящен духовной составляющей празднеств. Обращались к этой волшебной теме и знаменитые пианисты и композиторы XIX века Роберт Шуман и Ференц Лист. В фортепианном цикле Шумана «Альбом для юношества» есть пьеса «Кнехт Рупрехт» (в русском переводе «Дед Мороз»). Согласно немецким легендам, Кнехт на Рождество сопровождал Святого Николая, который в наше время превратился в Санта-Клауса. Рупрехт спрашивал у детей, умеют ли они молиться. Если умеют, то получают в подарок конфеты, а если нет, то... кусок угля или гнилую деревяшку. Ференц Лист свой фортепианный цикл «Рождественская елка» посвятил внучке Даниэле. В 12 его пьесах объединяются религиозные и светские мотивы праздника Рождества. Это и «Старая рождественская песня», и «Святая ночь», и «Венгерский марш», и «Колокольный звон». У каждого автора можно проследить эту связь народных и классических мотивов.

Очень любил Рождество Пётр Ильич Чайковский. Его знаменитый балет «Щелкунчик», рассказывающий языком танца о том, что Рождественский сочельник – время чудес, а зло всегда побеждается добром и любовью, остается любимым публикой уже более века. И главная тому причина – волшебная музыка Чайковского, которая не просто сопровождает танец, а становится его главным элементом, благодаря чему даже самые фантастические и нереальные герои оживают и приобретают яркую индивидуальность. В опере Чайковского «Черевички», написанной на основе сюжета повести Гоголя «Ночь пред Рождеством», чудес не меньше, чем в «Щелкунчике». Мир фантастический и мир реальный и здесь сплетены так же тесно, как и в повести Гоголя. Кроме того, сочиняя «Черевички», композитор широко использовал украинские народные песни. А всемирно известный фортепианный цикл Чайковского «Времена года» завершается пьесой «Святки». Это светлый лирический вальс, навевающий радостное настроение, ожидание сказки, веры в чудо.

Валерия ПЕРЕСЫПКИНА