Еще одна необычная новинка появилась в афише Ставропольского академического театра драмы им. М.Ю. Лермонтова: мюзикл «Дубровский» по мотивам повести А.С. Пушкина поставил уже знакомый нашему зрителю главный режиссер Белорусского государственного академического музыкального театра заслуженный деятель искусств РФ Михаил Ковальчик. Именно его стараниями ставропольская публика приобщается к популярному сегодня жанру, вообще-то, для театра драмы вроде бы и не свойственному. А вот поди же, прижился мюзикл на радость его поклонникам. У нас уже были и «Леонардо», и «Собор Парижской Богоматери», теперь и к пушкинской прозе обратились. Автор музыки тоже почти классик – мюзиклы нашего современника композитора Кима Брейтбурга с успехом идут на десятках сцен России.

Так что появление «Дубровского» в репертуаре явно не случайно. Тут и удовлетворение спроса на музыкальность, и сочетание с проверенной литературной основой, и, наконец, творческие возможности самого театра, который хоть и не называется музыкальным, однако давно известен собственными добрыми традициями в этом направлении. Достаточно вспомнить ежегодные весенние песенные спектакли-капустники, создаваемые самими актерами к профессиональному празднику – Международному дню театра, в которых они не раз поражали нас своими вокальными талантами. И новый рабочий приезд Михаила Ковальчика на этом фоне тоже практически закономерен.

– Я всегда с огромным удовольствием еду в ставропольский театр, – признается Михаил Станиславович. – Это сегодня один из лучших театров России – по составу труппы, по организации творческого процесса, по мощному репертуару. Знаете, ведь наш минский зритель, вообще-то, избалован приездами многих российских театров, и все равно на этом фоне ставропольский производит сильное впечатление. Потому что держит замечательную русскую театральную школу переживания! Эта традиция не иссякает, а передается молодежи.

Ярким примером этого можно считать и то, насколько удалось театру оживить такую, по сути, схему, которую по мотивам «Дубровского» предлагают авторы. Литература, как известно, часто становится исходным материалом и для кинематографа, и для изобразительного искусства, и для музыки. А благодаря актерскому умению эта схема «прожить всё» наполняется человеческим содержанием. Как признался М. Ковальчик, ему оказалась близка звучащая в «Дубровском» тема: как из-за пустяка, из-за ссоры, из-за амбиций рождается месть. Месть, которая приводит к беспощадности, мало того, к гибели. Тут режиссер не одинок: это еще и Пушкина волновало! Неслучайно он написал историю восстания Пугачёва, а бунт называл бессмысленным и беспощадным… В «Дубровском» до абсурда доводится вражда двух бывших приятелей, добрых соседей… Этакие русские Монтекки и Капулетти на дворянско-крепостнической почве.

– Самое для меня ценное в работе ставропольских актеров то, что они поют своими голосами, – говорит М. Ковальчик. – Пресловутая «фанера» убивает спектакль! А вот когда есть живое придыхание, пусть даже случаются небольшие ошибки, не совсем точное попадание в ноты, но все это естественно, натурально! А в вашем театре практически весь актерский состав поет. Да где вы сегодня найдете такой театр, способный своими силами поставить и спеть одну из сложнейших работ композитора, у которого так причудливо сочетаются и современный стиль, и классика?!

С постановщиком нельзя не согласиться: артисты замечательно чувствуют атмосферу музыкального действа, аромат музыки! Тут важно отметить и вклад замечательных помощников режиссера. Прежде всего музыкального руководителя театра Евгении Сафроновой, которая столько времени и сил отдала индивидуальной работе с каждым исполнителем, сумела вложить в них суть каждой партии, и они, говоря словами М. Ковальчика, «поют со смыслом». А еще при этом играют сюжет, живут в образе… Так устроен мюзикл, где музыка – это дальнейшее продолжение действия, его новое качество, новое развитие. Ким Брейтбург потому и пользуется спросом, что очень точно чувствует жанр. Выраженные мелодией переходы-перепады, контрасты, музыкальное нагнетание динамики спектакля, при этом современнейшее звучание. Получается, мы сегодняшние, обращаясь к Пушкину, читаем его своим языком – и музыкальным, и драматическим…

– И таким образом уникальное сочинение девятнадцатого века будет доходить до нынешней молодежи, а это очень важно, – подчеркивает Михаил Ковальчик. – Потому что любовь – существует! Но тут свои подводные камни: играть на сцене чистую любовь очень опасно, можно быстро свести все к штампу. А об этом великом чувстве надо говорить бережно, надо иметь внутри себя любовь, и актеры это понимают.

Спектакль отличает и богатая хореографическая составляющая – плод трудов талантливого балетмейстера из Белоруссии Юлии Михайловой, ставшей приятным открытием и для ставропольской публики, и даже для самого режиссера, работавшего с ней впервые. Ей удалось за довольно короткий срок так поработать со студентами Ставропольского колледжа искусств, исполняющими все основные хореографические сцены, что каждое движение, каждый эффектный прыжок или взмах руки гармонично встроены в единую смысловую канву спектакля.

– Нередко на репетициях как-то сама собой вдруг возникала новая оригинальная деталь, и оставалось лишь говорить спасибо таким замечательным помощникам, – улыбается режиссер. – Прекрасно, когда складывается такая творческая команда.

Мюзикл «Дубровский» действительно явил нам удачный комплекс музыки, вокала, хореографии, декораций, внешних эффектов. Когда на сцене появляются мрачные очертания этакого сказочно-страшного леса, таинственной и грозной чащи, становится понятно: именно в таких непроходимых дебрях и владычествовали разбойники былых времен… Там царствовал беспощадный, дикий бунт народный. И при этом спектакль, повторюсь, обращен в наш день, к нашему восприятию и сознанию. Здесь, представьте себе, некоторые пушкинские барыни и все эти столбовые дворяне двигаются уже почти по-современному, и прически у них тоже нам близки, и манеры…

– Так ведь мы сегодняшние люди, мы и смотрим на то время по-своему, – поясняет М. Ковальчик. – И потом, мы же не МХТ, чтобы все повторять детально, знаете, как у них в «Фёдоре Иоанновиче» даже шапка Мономаха в мельчайших подробностях воссоздается… Мюзикл не предполагает такой бытовой достоверности, этнографии, он предполагает свое отношение к событиям, описанным гениальным Пушкиным.

Спектакль населен многими актерскими удачами и находками. Здесь перед нами проходит целый каскад неординарных, неоднозначных личностей. Есть образы, которых, зная пушкинский текст, как-то особо и не ожидаешь. Например, судебный заседатель Шабашкин (арт. Илья Калинин), мелкий помещик Спицын (Владимир Лепа) или француз-гувернер Дефорж (Михаил Подзолко) – фигуры, сделанные почти что «из ничего». Как и дворовой «вожак» Архип (Евгений Задорожный) со своей колоритной женой Егоровной (Полина Полковникова). Они ведь у Пушкина довольно проходные фигуры… А тут, в мюзикле, вырастают до вполне знаковых обобщений.

И все потому, говорит постановщик, что сложилась такая творческая команда, которая и его как режиссера обогащает. И для театра это свежая струя во всех отношениях: и участие приглашенного режиссера, и сам жанр, и оформление спектакля… Михаил Ковальчик не скрывает, что хотел бы еще что-то поставить на ставропольской сцене. Причем желание это есть и у театра, и материал подходящий намечается, но говорить об этом пока рановато. Сейчас главное – привлечь в театр публику, особенно молодежь. Мюзикл «Дубровский» должны увидеть старшеклассники, студенты да и знатоки пушкинского творчества, пожалуй, тоже. Потому как школьная программа – это одно, а современное театральное явление Пушкина – нечто другое.

Например, авторы мюзикла предлагают… немного поспорить с Пушкиным! Имею в виду тот момент в сюжете (меня, признаюсь, настороживший), когда крестьяне, ставшие разбойниками, сознательно подводят Дубровского, якобы не желая, чтобы он спас Машу. Это придумал автор либретто Карен Кавалерян, по-видимому, в качестве дополнительно штриха в пользу главной идеи: месть рождает месть, и сия цепочка зла разъедает все, даже патриархальное безропотное крепостное крестьянство. Разрушать позицию создателей мюзикла, полагает М. Ковальчик, было бы неправильно. И, наверное, некая доля провокативности спектаклю не мешает и даже играет в нем свою роль. К тому же актеры это хорошо делают, так ярко, так эмоционально передавая сладость безнаказанного разбоя...

– И есть надежда, что зритель нас поймет, – подытоживает Михаил Ковальчик. – Кроме всего прочего, мюзикл – это еще и зрелище, его правило: развлекая, поучай.

Впрочем, добавлю от себя о восприятии публики независимо от возраста. Сама видела в зале много немолодых людей, и они явно одобрительно принимали происходящее, даже как-то воодушевились, заряжаясь энергией спектакля. А одна старенькая бабушка в финале заплакала…