Позиции адвокатов в уголовном судопроизводстве станут более прочными. Профессиональное сообщество наконец добилось дополнительных гарантий, которые повышают независимость защитников и позволяют им более эффективно справляться со своими задачами.

Госдумой России в окончательном чтении принят соответствующий закон. Корректировки, касающиеся адвокатской деятельности, вносятся в Уголовно-процессуальный кодекс.

О плюсах новаций нам рассказал Роман Савичев, генеральный директор ОАО «Юридическое агентство «СРВ» (входит в число крупнейших региональных юридических компаний по версии авторитетного портала «Право.ru»).

Сразу скажу, что инициативы для профессионального сообщества долгожданные. Трудно в двух словах описать, с какими сложностями и давлением часто приходится сталкиваться адвокатам в повседневной работе, – говорит Р. Савичев. – К примеру, уже давно назрела необходимость более точно прописать полномочия адвокатов, а также исключить прямое влияние на их работу должностных лиц, ограничить произвол со стороны следствия. И теперь, если нововведения на практике будут реализованы в полной мере, наша профессия станет и более безопасной.

Итак, изменения, в частности, касаются этапа предварительного следствия. Статья 49 Уголовно-процессуального кодекса РФ содержала такие формулировки, что по факту на окончательное решение вопроса о допуске защитника мог напрямую повлиять следователь. Это не только парадоксально, но также порождало определенные сложности, особенно когда адвокату требовалось провести встречу с человеком в следственном изоляторе.

Отныне в законодательстве вместо слов «адвокат допускается» будет значиться «адвокат вступает». Здесь отчетливо видно, как важна точная терминология. Адвокату уже не нужна будет виза следователя – чтобы вступить в дело, будет достаточно удостоверения и ордера. Таким образом, разрешительный порядок наконец заменен на заявительный. Решать, пользоваться ли услугами того или иного адвоката, в конечном итоге должен сам подозреваемый или его близкие люди. В пояснительной записке читаем четкое объяснение: «Выполнение адвокатом процессуальных обязанностей защитника не может быть поставлено в зависимость от усмотрения должностного лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело». В итоге защитник будет обладать всеми процессуальными правами с момента вступления в уголовное дело, а не с момента его допуска.

Кроме того, следователи лишатся такого эффективного рычага, как «карманные адвокаты». Это произойдет за счет того, что органы предварительного следствия и суд обяжут учитывать принятый адвокатской палатой региона порядок участия адвоката в уголовных делах в качестве защитника по назначению. То есть следствие не сможет находить причины для самостоятельного назначения адвокатов. В пояснительной записке к законопроекту говорится, что нововведение исключит для следствия возможности пренебрегать решениями органов адвокатского самоуправления, назначая адвокатов «вопреки интересам подозреваемых и обвиняемых».

Для тех, кто далек от этих проблем, поясню, что «карманными» называют удобных для следователей защитников, которые формально делают все необходимое. Однако по сути позволяют следователям вывести дело в выгодное им русло и добиться нужного результата. Этот адвокат, как говорится, промолчит там, где нужно, отвернется, когда ждет следователь… Поверьте, порой это становится своеобразным бизнесом. Профессиональное сообщество активно боролось с такой порочной практикой, но окончательно ее искоренить иначе, как законодательным путем, было невозможно.

Законодатели согласились с тем, что следователи часто остаются глухи к доводам другой стороны и игнорируют просьбы о назначении следственных действий, а также представляемые защитой доказательства. Теперь будет действовать новая редакция статьи 58 УПК РФ. В ней закреплено, что по требованию адвоката доказательства будут приобщаться к делу в ходе следствия. Также ему не могут отказать в удовлетворении ходатайства о привлечении к участию в производстве по уголовному делу того или иного эксперта.

Скажу также о том, что некоторые меры направлены на защиту самого адвоката. К примеру, без его согласия он не может быть допрошен в качестве свидетеля по делу, где выступает адвокатом.

Но еще более важным является введение в Уголовно-процессуальный кодекс РФ статьи 450.1 «Особенности производства обыска, осмотра и выемки в отношении адвоката». Правоохранители получили алгоритм для проведения обысков у адвоката – важно, что подобные мероприятия не могут быть стихийными. Никаких умозаключений и призрачных подозрений. Основанием для обыска может служить лишь судебное решение, от которого также закон требует конкретики. В решении должны быть названы конкретные отыскиваемые объекты. Никто не вправе изъять полностью адвокатское досье. Недопустимыми также являются фотографирование его материалов, киносъемка, видеозапись и иная фиксация, чем зачастую грешили правоохранители.

Ведь не секрет, порой обыски инициируются сугубо для того, чтобы получить доступ к каким-то сведениям, которыми располагает адвокат. В таких случаях, даже если суд впоследствии принимает решение о незаконности подобных обысков, грубо нарушается самое ценное – адвокатская тайна.

Резюмируя, отмечу, что корректировки УПК РФ нацелены на то, чтобы игра не шла в одни ворота: стороны в процессе должны быть равноправны – это возможно, только если реально обеспечена их состязательность.