Рассказала Людмила Койбаева, дочь Отто Фёдоровича Видмера и Анастасии Георгиевны Хабаровой, г. Ставрополь

Отто Видмер родился сто лет назад в селе Мартыновка Петровского района в семье немецких колонистов, переселившихся из Бессарабской губернии на Ставрополье в декабре 1867 года.

Анастасия Хабарова появилась на свет в 1918 году в станице Рождественской Изобильненского района. Рано осталась сиротой. Отец погиб в годы коллективизации, мать, брат и сестра умерли от голода в тридцать третьем. Старшие два брата и сестра жили своими семьями, в которых было много детей, и не могли ей помочь. Надо было самой устраиваться в жизни. Решила девчонка испытать судьбу, поехала в Ставрополь, где поступила в фельдшерско-акушерскую школу.

В тридцать седьмом году распределилась в Мартыновку, где познакомилась с молодым секретарем сельсовета Отто Видмером, взявшим девушку под опеку. Через два года была свадьба, а вскоре подошла пора призыва в Красную армию. В феврале сорок первого года прислал Отто жене свою фотографию из города Острога. Со снимка смотрел красивый, уверенный в себе мужчина со значками на гимнастерке.

Через положенное время после призыва мужа в РККА Ася (любила она, чтобы называли ее кратко) родила дочь Людочку. Жизнь повернула так, что молодой отец видел девочку только на фотоснимке.

Грянула война. Письма от Отто перестали приходить. Последнее было из Бессарабии, где дислоцировалась воинская часть.

Каждый день Ася готовилась к худшему: немцев власть депортировала, но как-то избирательно. Скажем, если немка замужем за русским, не трогали, а если русская замужем за немцем, то подлежала выселению. Подсказали добрые люди, чтобы оформила развод, вернула свою девичью фамилию, тогда будет возможность остаться в Мартыновке. Ну куда ехать с малышкой на руках?! Сделала, как советовали. Помогло.

Ни одного письма, ни одной строчки не было от мужа, жив ли, здоров, ничего не известно. В сорок втором году от пневмонии умерла Людочка.

А в октябре 1944 года Ася ушла на фронт. Служила фельдшером роты 25-го отдельного трофейного батальона 18-й армии. Эти подразделения занимались учетом, охраной, вывозом вооружения, имущества, продовольствия и прочего, что было признано трофеями и собрано в войсковом тылу.

Победу младший лейтенант Хабарова встретила в Чехословакии.

Демобилизовалась в ноябре 1948 года, приехала в Ставрополь, получила крохотную комнатушку в Интендантском переулке, стала работать сначала в физиолечебнице, а затем в госпитале. Пережить одиночество и тоску по мужу помогал хор в Доме офицеров. Всем было тяжело, жили надеждой на лучшие времена, помогали друг другу чем могли. А через пару лет внезапная радость – пришло письмо от мужа. Жив! Немного отлегло от сердца, душа чуть ожила. Отто писал о разгроме полка в самом начале Великой Отечественной, ранении, плене, о том, что после победы оказался в Архангельском лагере. Только оттуда смог начать поиски жены и дочери, не знал, что малышки нет на свете уже давно.

Началась переписка. Ася отправляла мужу продуктовые посылки, а он в ответ слал нарисованные лагерными художниками открытки и резные шкатулки удивительной красоты. Через годы она рассказала, какие унижения приходилось терпеть, отправляя с почты посылки в лагерь, надписывая химическим карандашом на выскобленной фанерке посылочного ящика немецкие имя и фамилию! Отто понимал это и всю жизнь был благодарен жене за ее любовь и терпение.

Увиделись супруги уже после смерти Сталина, в 1954 году, через долгих полтора десятка лет разлуки. Отто привез два прекрасных больших портрета в специальном деревянном чемодане. Свой, написанный с натуры, и жены – с фотографии. Он устроился работать в горячий цех на завод «Красный металлист». Однако сказались годы лишений, начались проблемы со здоровьем, пришлось уйти кладовщиком на универсальную базу, где проработал до самой пенсии.

В шестидесятом году в семье появилась дочь Людмила. Надо ли говорить, что выросла она в счастливой и любящей семье?!

Отто всегда выходил из дома в галстуке, пиджаке и шляпе, до восьмидесяти лет он, и только он, ходил за покупками на рынок и в магазин, был любим всеми дворовыми старушками и детьми. Внучка даже ревновала его: «Почему они все называют его дедушкой? Это же мой дедушка!».

Ушел из жизни Отто Фёдорович на рубеже веков, в двухтысячном году. Анастасия Георгиевна пережила его на девять лет, тоскуя и скучая по своему Отто, как в дни войны и послевоенные годы.