Смелое заявление генерального директора государственного унитарного предприятия СК «Ставрополькрайводоканал» основано на собственном опыте. Предприятие, которое он недавно возглавил, эту воду производит и реализует. Впрочем, недавно – понятие относительное. Недавно В. Сергиенко отметил маленький юбилей – сто дней в должности гендиректора. С этого и начнем.

Вячеслав Сергиенко, генеральный директор государственного унитарного предприятия СК «Ставрополькрайводоканал»

Вячеслав Сергиенко, генеральный директор государственного унитарного предприятия СК «Ставрополькрайводоканал»

© Фото: Дмитрий СТЕПАНОВ

– Вячеслав Станиславович, мы исходим из того, что сто дней до или после – это какая-то точка отсчета. Вы себя после стодневки ощущаете марафонцем, спринтером? Кем?

– Вряд ли, конечно, спринтером. Ситуация на предприятии сложилась достаточно непростая. И забег на короткую дистанцию (если использовать спортивную терминологию) никак не получится. В любом деле нужно движение вперед, а это определенный процесс. В нашем случае это процесс не сильно пролонгированный по времени, но и не очень короткий. Сами размеры предприятия, его объемы, статус и значимость не позволяют говорить о том, что можно мимоходом и мимолетом все сделать, отчитаться, быстренько свернуться и почивать на лаврах. В «Ставрополькрайводоканале» можно будет говорить о каких-то результатах либо направлениях движения только после определенного периода времени – когда дадут результаты предпринятые шаги. Так что, скорее всего, это все же марафон, но марафон достаточно динамичный. Расслабляться тоже нельзя, нельзя сидеть и думать, что дело само наладится или само поправится. Это невозможно в нынешней ситуации.

– Да, хозяйство у вас немаленькое. С удивлением обнаружила, что водопроводная сеть Ставрополья даже больше, чем в Москве. Там около 11 тысяч километров. А система водоснабжения «Ставрополькрайводоканала» – более 15 тысяч километров. Если вытянуть все водопроводные трубы в одну линию, то…

– Получится треть расстояния вокруг земного шара по экватору.

– То есть на каждого работающего, включая управленческий персонал, приходится 180 километров труб. При таких масштабах кажется немыслимым вообще навести порядок. А вы верите, что сможете это сделать?

– На этот вопрос сложно ответить. Я достаточно скептически отношусь к своим возможностям и способностям. Мне всегда кажется, что есть плеяда людей, которая что-то сделала бы лучше, чем я, и, может быть, правильней. Но с учетом шестилетнего опыта работы в отрасли (до недавнего времени В. Сергиенко возглавлял МУП «Водоканал» города Ставрополя. – В. Л.) можно говорить, что проблемы для всех предприятий этой отрасли, по сути, одни и те же. Просто в масштабах «Ставрополькрайводоканала» они, конечно же, гораздо масштабнее. И, скажем так, емкость у них гораздо больше, чем даже в краевом центре. Сравним хотя бы по одному параметру – соотношению длины сетей. Если в крайводоканале это более 15 тысяч километров, то в Ставрополе всего 850 километров. Разница в разы. Удаленность ряда филиалов тоже создает определенную проблему для оперативного реагирования и регулирования деятельности предприятия. К таким масштабам, признаюсь, привыкаю трудно. Разный статус и разные состояния у того предприятия, где я работал, и у того, которым руковожу сейчас.

– Каким было ваше первое распоряжение в новой должности?

– Самое-самое, честно сказать, не помню. Но одним из моих первых шагов в должности генерального директора стало стремление привести распорядок работы предприятия к единому знаменателю. Сегодня мы, включая все филиалы и головное предприятие, начинаем и заканчиваем работу в одно время. Уверен, что это удобно и для потребителей, и для сотрудников.

– И все-таки получится или не получится? Вы верите в то, что ваше предприятие может стать доходным?

– Должно получиться, если вы имеете в виду наладить работу предприятия. А что касается доходов, то «Ставрополькрайводоканал» – это не то предприятие, где можно рассчитывать на достижение весомых коммерческих успехов. По той простой причине, что предприятие имеет жестко выраженную социальную направленность и говорить о зарабатывании здесь огромных денег не приходится. И еще один существенный момент, о котором многие не знают. «Ставрополькрайводоканал» уравнивает экономические интересы потребителей. Край у нас в части водоснабжения и наличия источников сложный. В связи с этим в ряде районов экономически обоснованный тариф на воду должен составлять 160 -180 рублей за кубометр. А в Кочубеевском районе, ряде других муниципальных образований – более шестисот рублей. Это с учетом протяженности, сложностей при технологической очистке воды, других затрат. Поэтому в такой ситуации говорить о том, что предприятие может быть прибыльным, достаточно сложно.

А прибыль, если она будет заработана, должна вкладываться в развитие предприятия. При нашем уровне рентабельности, который нам установлен – а это всего два процента, немыслимо нормально целенаправленно развиваться. И говорить о расширенном воспроизводстве просто невозможно. Хотя, на мой взгляд, производственные процессы можно выстроить или отладить так, чтобы оно стало если не доходным, то как минимум самодостаточным и неубыточным. И за это надо бороться, к этому надо стремиться: чтобы те средства, которые закладываются в тариф, в полном объеме собирались либо (в случае неплатежей) взыскивались. И, соответственно, разумно перераспределялись и вкладывались в развитие и совершенствование предприятия.

Более того, социально значимая направленность предприятия накладывает определенные обязательства и на собственника предприятия – на правительство края. Комитет жилищно-коммунального хозяйства СК активно участвует в работе предприятия и помогает ему. Нам регулярно выделяются материалы для проведения аварийных работ, техника для замены автотранспортного парка, используются и другие предусмотренные законодательством методы положительного влияния на финансово-хозяйственную деятельность предприятия.

– Помогает вам учредитель – хорошо, вы сами работаете – хорошо. А что можно сделать со старыми сетями, для поддержания которых в год надо ремонтировать не менее 450 километров? Вы ремонтируете около 80. Есть ли выход из этого тупика?

– Проблема, безусловно, есть. Для того чтобы предприятие функционировало нормально, необходима замена 3,5-4 процентов общей протяженности сети ежегодно. В прошлом году заменили 145 километров. Это треть от того, что нужно. Больше мы не можем и, наверное, не сможем в ближайшие год-два. Но резервы есть. Сегодня пока не отрегулирована и не развивается работа по замене сетей и коммуникаций со стороны муниципальных образований, что по закону является их обязанностью и заботой. Руководители муниципальных образований, извините, спихивают эту заботу либо на плечи правительства края, либо на плечи нашего предприятия: вы занимаетесь этим – ну и занимайтесь.

– И как занимаетесь? Достаточно ли эффективно?

– Конечно, эффективность – это еще одна проблема, о которой необходимо говорить. Она, безусловно, должна повышаться. Эффективность – это механизм для увеличения объема работ и капитального ремонта. Мы знаем наши возможности и уже разработали меры, которые внедряются или будут внедрены в самое ближайшее время. Одна из них – программа оптимизации кадрового состава предприятия, в соответствии с ней до конца года будет сокращен ряд вакансий и должностей, которые свидетельствуют о том, что штат предприятия, скажем так, несколько растянут. Мы немножко сгруппируемся в этом плане. Плюс эффективное и разумное использование ресурсов и инструментов, которые нужно и можно привлечь. В первую очередь речь идет об инвестициях. Мы будем стараться использовать привлеченный капитал для своей основной деятельности. Например, в прошлом году предприятие получило инвестиционный кредит под гарантии правительства края на сумму более ста миллионов рублей. Так что основной рецепт движения вперед – это эффективность деятельности.

– Но никакая эффективность невозможна, если не учитывать такой фактор, как потребители. Мы, потребители, люди не очень хорошие. И не всегда сознательные. Стремимся то не заплатить, то сделать что-нибудь со счетчиками, чтобы заплатить меньше. Одно время говорили: вот поставим в домах, квартирах, на предприятиях счетчики – и все будет хорошо. Оказалось, что счетчики – это не панацея…

– В этом направлении все равно работать надо. Люди считают, что, заняв в вопросах водоснабжения позицию: моя хата с краю, они правы. Это ошибочное мнение, его надо менять. И это тоже наша забота – предприятия и структур власти на местах. Если раньше получалось воровать у государства, то сегодня ситуация потихонечку меняется. Жители многоквартирных домов, позволяя себе не оплачивать потребляемую воду, по сути, воруют уже не у государства, а у соседа по лестничной клетке. А если абонент, который живет в частном доме, или коммерческое предприятие приняли решение необъективно отражать объем потребляемой воды, то они тоже воруют: либо у самого предприятия, либо у тех людей, которые через это предприятие водой пользуются. Ведь общедомовые приборы учета не обманешь.

– По законодательству до 1 января 2012 года такие приборы должны быть установлены во всех многоквартирных домах. После этого срока будут приниматься санкции в отношении тех, кто эти приборы не установил. Каково положение с учетом и контролем на Ставрополье?

– К сожалению, понимание нужности и полезности общедомовых приборов учета находится в зачаточном состоянии как со стороны жителей многоквартирных домов, так и со стороны органов власти на местах. Позиция такая: вам надо – вы и делайте. Но сегодня в более вы-игрышной ситуации как раз те главы муниципальных образований, которые обращают внимание на эту проблему и стараются согласованно, с участием нашего предприятия ее решать. Потому что она более глубока и более сложна, чем кажется на первый взгляд. И рано или поздно в случае невнимания к ней приведет к определенным негативным социальным последствиям, прежде всего для руководителей муниципальных органов власти на местах. От местной власти хотелось бы видеть более пристальное внимание к проблемам водоснабжения. Часто мы видим противоположное отношение – потребительское. А вода – это тот ресурс, который должен быть у человека круглосуточно. Но для этого нужно выполнить комплекс работ с участием именно муниципальных образований.

– Вячеслав Станиславович, а давайте поговорим о круглосуточных заботах именно потребителей, жителей городов и сел, которым вода «Ставрополькрайводоканала» нужна круглосуточно. И поговорим именно с потребительской, или, скажем другими словами, обывательской точки зрения. Много разговоров о том, что вода на Ставрополье дорогая. И, наверно, поэтому все больше и больше людей устанавливают внутриквартирные счетчики. Утверждают, что это выгодно. У меня дома счетчики стоят давно, но никак не решусь их опломбировать. В прошлом месяце провела эксперимент: записала показания за октябрь. На двоих получилось меньше девяти кубометров. А плачу по нормативу больше. Кстати, какой норматив водопотребления у нас в крае?

– Норматив определяется от наличия определенных социальных условий у потребителя: водоснабжение централизованное, горячая вода поступает по теплотрассе или через газовую колонку. В разных городах и селах он разный.

– Для примера возьмем Ставрополь.

– В Ставрополе норматив 9,064 кубометра воды на человека в месяц.

– Получается, я переплачиваю вдвое. Вы заинтересованы в том, чтобы люди, которые не ставят счетчики, переплачивали?

– Заинтересованности в этом, безусловно, нет. Мы больше заинтересованы в том, чтобы посчитать то количество воды, которое реально поставляется. Как показывают расчеты, количество воды, потребляемой многоквартирным домом, с учетом общедомого прибора учета и частично установленных квартирных счетчиков, меньше, чем там, где установлен только общедомовой счетчик. В Ставрополе были прецеденты, когда после установки общедомого прибора учета количество потребляемой воды стало в два с половиной раза больше, чем рассчитывалось исходя из нормативов.

– Откуда же берется перерасход?

– Это и незаконно проживающие, и воровство, и факты неконтролируемых утечек в подвалах и на вводах. То есть отсутствие позиции хозяина и позиции собственника. Там, где управляющие компании, ТСЖ и сами жильцы проводят мероприятия по экономии и учету воды, в течение одного-двух месяцев расход воды снижается… даже в два раза. Пользуясь случаем, хочу обратиться к жителям края, к нашим потребителям: добросовестно и вовремя платите за воду! Это позитивно скажется и на состоянии предприятия, и на водоснабжении каждого абонента. Ведь все неконтролируемые расходы, связанные с воровством и неуплатой, безусловно, перекладываются в тариф.

– То есть он становится дороже для каждого из нас.

– И сказываются на качестве водоснабжения в целом.

– А у вас не возникает желание отключать воду неплательщикам? Я понимаю, что задаю несколько провокационный вопрос. По действующему законодательству это невозможно… Но и законодательство может устаревать. Оно принималось тогда, когда не было альтернативных источников воды. Сейчас они есть – это бутилированная вода. То есть никто не умрет от жажды… И нет ли у вас желания обратиться, например, в Госдуму края, чтобы она выступила с законодательной инициативой: не платят – отключать. Ведь ныне существующие методы как бы и не действуют так, как хотелось бы. Миллионные суммы исков, которые и горводоканал Ставрополя, и «Ставрополькрайводоканал» не могут взыскать даже по решению суда, говорят именно о правовой неэффективности борьбы с неплательщиками. Нет ли у вас желания, скажем так, «задушить» неплательщиков?

– Конечно, желания «задушить» нет. Если «задушим», то кто нам будет платить? Это шутка. Но есть и второй момент. Жажда – это еще не все. Дело и не в том, что мы часто сталкиваемся с хамовитым, грубым неплательщиком. На самом деле категория сознательных и убежденных неплательщиков не превышает 10 процентов от общего количества. Это, безусловно, немало, но предприятие делает все, чтобы процесс этот нормализовать и работать в нормальной правовой плоскости. Ежегодно «Ставрополькрайводоканал» подает более 5500 исковых заявлений на взыскание задолженностей с неплательщиков. И здесь правовой механизм действует. Но есть и откровенные хищения, незаконные подключения к сетям предприятия. Делается это скрыто, целенаправленно и рецидивно. Здесь какой механизм нужен? А с неплательщиками мы справляемся.

– Но создается впечатление, что как-то вяло…

– Это не от нас зависит. Например, к абоненту – юридическому лицу – мы можем применять механизм ограничения водоснабжения при наличии двухмесячной задолженности. К физическому лицу – не раньше чем через шесть месяцев.

– Сроки более чем либеральные.

– Конечно. Когда зашло уже так далеко, наша юридическая служба ориентирована на то, чтобы выстроить процесс оплаты задолженности в цивилизованных рамках, даже не доводя до суда.

– Есть и еще одна проблема, на мой взгляд. Не менее часто, чем об установке счетчиков, на Ставрополье говорят о плохом качестве ставропольской воды…

– Это заблуждение, достаточно серьезное заблуждение. Обратите внимание: разговоры возникают тогда, когда на горизонте маячит перспектива принятия какого-то решения или грядут какие-то пертурбации. То есть эту карту разыгрывают непорядочно, и зачастую люди, преследующие личные цели. А этого делать ни в коем случае нельзя. Потому что чревато непредсказуемыми последствиями.

Сегодня можно смело утверждать: вода в Ставропольском крае достаточно хорошего качества. Жители Кавминвод пьют воду реки Кубань, которая отличается стабильным и нормальным качеством. Она поступает и из Эшкаконского водохранилища, куда стекает с гор. В Ставрополе источник питьевой воды – Сенгилеевское водохранилище, которое является естественным отстойником, надежным и прочным. То есть при соблюдении технологий очистки и обеззараживания, за что мы ручаемся, вода, которую мы пьем, нормального качества. Иногда только состояние сети негативно влияет на качество воды. Наша вода жизнеспособная, ее можно спокойно пить из крана.

– А вы и ваша семья дома пьете воду из крана или через фильтр прогоняете?

– Нет, я фильтром не пользуюсь. Проработав несколько лет в системе водоканала, я полностью уверен в качестве воды.

– И последний вопрос: сложно ли вам работать?

– Не буду скрывать, сложно. Потому что какое-то время в силу определенных обстоятельств «Ставрополькрайводоканалу» не уделялось должного внимания. За последние годы предприятие потеряло часть активов, которые ему принадлежали. Это основные средства, базы, линейные участки. Эта тенденция существует по-прежнему и направлена на отчуждение имущественного комплекса предприятия, короче говоря, есть притязания на наше имущество. Но мы будем стараться не допустить этого в интересах всех жителей края, в интересах собственника «Ставрополькрайводоканала» – правительства Ставропольского края. Но проблема есть. И она достаточно серьезная.

Впрочем, коллектив предприятия обладает сильным потенциалом. Основная масса людей работает здесь по многу лет. Недавно, например, отмечали тридцатилетие работы на предприятии главного инженера. И таких трудовых династий у нас много. Это тоже показатель. Люди умеют работать, хотят работать. И результаты, я уверен, будут.

Вопрос о сложностях работы я задала неспроста. Один из старожилов «Ставрополькрайводоканала» подсчитал, что после Николая Хадзакоса (а он ушел на пенсию в январе 2005 года) на предприятии отметились 22 генеральных директора. С Вячеславом Сергиенко мы эту тему практически не обсуждали: некорректно. Он только обмолвился: «Спасибо всем руководителям, которые были до меня и которые в меру своих сил и возможностей попытались предприятие хотя бы сохранить и выстроить его работу». Ему эту работу продолжать.

Валентина ЛЕЗВИНА