В Стодеревской машинно-тракторной станции Курского района в предпоследний военный год начал свой трудовой путь Андрей Тарасович Черевань, демобилизованный с фронта в связи с тяжелым ранением.
– Очень трудно тогда было, – вспоминает ветеран. – Техника изношенная. Механизаторы на фронте. Изнурительный, непосильно-тяжкий труд выпал на долю женщин. О какой производительности можно говорить! Между тем планы по вспашке, севу, уборке нужно было выполнять любой ценой.
Мой собеседник горько вздыхает. Сам-то он, тогда 20-летний парень, от природы крепкий, сильный, смекалистый, лучший выпускник 1940 года Стодеревской семилетки сел бы за рычаги того же громоздкого и неповоротливого СТЗ, не раздумывая, да вот беда: передвигаться мог только с помощью костыля, с войны вернулся инвалидом.
…В январе 43-го он, боец роты автоматчиков 103-й Отдельной стрелковой курсантской бригады, во время боевой операции под станицей Абинской получил сразу несколько ранений. Одно из них – в правую ногу – было настолько тяжелым, что ампутация конечности казалась неизбежной. Несколько дней провел в мучениях в какой-то случайно уцелевшей хуторской хатенке среди других раненых. Затем в госпиталях в общей сложности – десять месяцев лечения. Ногу спасли, но хромота – на всю жизнь.
Вот и определили его тогда в 1944-м, успевшего до войны закончить два курса Моздокского элеваторного техникума, агрономом на один из производственных участков МТС. Занялся самообразованием. Потом поступил на заочное отделение Терского сельхозтехникума. Справлялся.
– А в сорок шестом, причем в один день, в моей жизни произошли сразу два знаменательных события, – говорит Андрей Тарасович. – Я стал семейным человеком! Аня Ивакина, самая красивая станичная дивчина, согласилась быть моей женой. Конечно, мы и раньше были с ней знакомы, любили друг друга. Но еще больше сблизило нас одинаковое горе: и ее отец, и мой погибли на фронте, им было тогда по 38 лет…
Свадьбу играли скромно. Но гармонист был. А вот фотографа… Не оказалось такого в станице. Поэтому – ни одной свадебной фотографии. Что же касается подарков, тут родственники подгадали. Невесте подарили швейную машинку и совсем уж экзотический для глухой сельской глубинки подарок – роскошную Книгу о вкусной и здоровой пище. Она, по словам Андрея Тарасовича, прямо-таки заворожила молодую жену. Стала готовить по рецептам вроде и не изысканные блюда (какие уж там деликатесы в то время, да еще в сельской местности), но такие вкусные и калорийные! В общем, оказалась искусницей по части «харчевания». И он — в этом А. Черевань убежден! – именно жене обязан тем, что и сейчас, в возрасте 86 лет, чувствует себя в общем-то сносно, если не считать время от времени дающей о себе знать ноги.
А второе событие? Тогда же на свадьбе начальник станичной почты Иван Савельевич Иванов подарил жениху …годовую подписку на «Ставропольскую правду». Андрей Тарасович считает ее самым дорогим подарком. И тут нет преувеличения. Ведь в станице в те годы еще не было радио, о телевидении никто и не догадывался, а из газет приходила одна «Ставрополка», да и то лишь в несколько домов. Она являлась единственным источником информации о событиях в крае и стране. И молодой агроном, жадный до печатного слова и до знаний, прочитывал ее от корки до корки. Делился тем, что узнал, с товарищами, родственниками, соседями. Газета, что называется, переходила из рук в руки.
– Но и потом, – продолжает ветеран, – когда появилась возможность слушать радио, читать другие издания, без «Ставропольской правды», ставшей для меня родной, я уже не мог. Вот так, начиная с 1947 года, и выписываю ее, не пропустив ни одного года. Считайте сами, какой у меня стаж подписчика. 64 года — такой же, как и семейный!
Андрея Тарасовича избрали председателем станичного Совета, он был заместителем директора машинно-тракторной станции по политической части, а затем – секретарем парткома по зоне Русской МТС (это – в конце «великого хрущевского десятилетия», когда в крае образовалось два крайкома – промышленный и сельский, и соответствующее деление произошло на местах), возглавлял районную исполнительную власть, в 1970 году стал первым секретарем Курского райкома партии. Кем бы он ни работал — «Ставропольская правда» всегда была у него под рукой. С нее начинал рабочий день. Краевая газета активно пропагандировала передовой опыт — А. Черевань брал его на вооружение, применял у себя.
– Искренне радовался, – говорит он, – когда в «Ставрополке» появлялся материал, пусть даже короткое сообщение, о добрых делах в нашем районе.
– Но ведь были, наверное, и критические публикации?
– Конечно. Одна из них мне особенно запомнилась. В феврале 1973 года, в самый разгар зимовки, вышла разгромная статья собкора под заголовком «Дрень соломенную теребя». В районе, и без того очень сложном по своим почвенным и погодно-климатическим условиям, предыдущий сельскохозяйственный год оказался особенно тяжелым. Случилась сильная засуха, неурожай, в зимовку вошли без кормов, выручала солома, которую пришлось закупить, понятно, что не от хорошей жизни. Но собкор выдал сполна, никого не пощадил, прошелся и по райкому партии. Однако как не было обидно, я распорядился: перепечатать статью без сокращения в районной газете.
– За эти годы произошло много перемен. Сегодня уже и политическая система другая, и экономика. Многое поменялось и в сельскохозяйственном производстве. Естественно, в «Ставропольской правде» тоже. Как она вам, нынешняя? – спросил я у ветерана.
– Читать интересно: отражает время, современную жизнь, проблемы нынешней экономики, нового уклада в сельском хозяйстве. Только вот о людях труда, о передовиках производства (само-то понятие «производство» никто не отменял) маловато материалов. Раньше внештатные авторы занимали ведущее место, сегодня газету делают в основном штатные сотрудники. Хорошо это или плохо, я не знаю…
Одно радует ветерана: в последнее время газета неплохо, как он считает, освещает тематику, связанную с 65-летием Победы, публикует воспоминания участников войны. Ему, бывшему воину, тоже, как говорится, есть что вспомнить.
…22 июня 1941 года Андрею предстояло сдать последний экзамен за первый курс – и на каникулы! А утром, по дороге из общежития в техникум, узнал: война! Через год стал курсантом Орджоникидзевского пехотного училища. Война была в самом разгаре, но казалось, что сюда, в горы, она не придет. Пришла. Началась хорошо спланированная гитлеровским вермахтом горная операция «Эдельвейс». Курсантов бросили на защиту перевалов Большого Кавказского хребта. Сколько полегло их там, боевых товарищей!.. Бесславно и нелепо. Из-за неподготовленности к несению боевой службы в горных условиях, неразберихи, непродуманных приказов.
Ему тоже довелось по полной хлебнуть фронтового лиха, особенно когда в составе 103-й Отдельной курсантской бригады был переброшен на рубежи знаменитой «Голубой линии»:
– Нашу роту усилили шестью танками и дали приказ: взять высоту, – вспоминает ветеран. – Часть бойцов разместилась на броне, остальные – за танками. Вперед! Местность со стороны немцев просматривалась прекрасно, тем более что стоял на редкость ясный солнечный день. Фашисты выдержали паузу, когда наш последний танк стал досягаем для снарядов их пушек и буквально прямой наводкой уничтожили все наши машины. И от роты почти никто в живых не остался.
Что было потом? Наступила ночь. На «ничейном» поле лежали друзья, товарищи Андрея. Мертвые. И живые, раненые. Были слышны их крики и стоны. И он решился. Ползком, к своим. Гитлеровцы заметили. Над головой засвистели трассирующие пули. И все же нескольких раненых удалось вытащить.
За проявленное личное мужество рядовой Андрей Черевань был награжден медалью «За отвагу». Потом в его жизни были другие награды, в том числе и за мирный труд – ордена Трудового Красного Знамени и «Знак Почета». Но та, первая, солдатская медаль «За отвагу» до сих пор остается самой дорогой.
9 мая 1945 года Андрей Тарасович, так получилось, встретил в Ставрополе. Приехал в краевой центр тремя днями раньше по командировке в краевое управление сельского хозяйства. 8 мая завершил все дела.
– А на следующий день, утром… Нет, этого забыть нельзя. Казалось, все, от мала до велика, вышли на центральные улицы. Опираясь на костыль, я дошел до железнодорожного вокзала, чтобы ехать домой, а тут – настоящее людское море! Ликование, радость, объятия, слезы. Стал протискиваться к своему вагону. И вдруг чей-то оклик: «Фронтовик? Воевал?». Не успел ответить, как несколько мужских рук подняли меня над толпой: «Дорогу фронтовику!», и в следующую минуту я стоял уже в тамбуре вагона. Какая-то женщина вскочила на подножку, вручила букет.
И такое торжество было на всем пути следования поезда (он ходил тогда по маршруту: Ставрополь – Кавказская – Армавир – Невинномысск – Минеральные Воды), на каждой большой и малой станции. В гуле голосов как набат звучало: «Победа! Победа!».
В 1975 году бывший фронтовик с учетом его огромного опыта хозяйственной и организаторской работы был назначен заместителем главного инспектора Государственной инспекции по закупкам и качеству сельскохозяйственной продукции (в этой должности трудился до ухода в 1985 году на отдых). И с тех пор они с Анной Никитичной, осуществив свою давнюю мечту, живут в Ставрополе – в городе, ставшем для них родным и любимым, самым красивым на свете. Живут, радуясь. А как же иначе. Ведь у них есть трое внуков и уже столько же правнуков. И над ними – мирное небо! Это главное!
Ставрополь.
