Вряд ли найдется на земле человек, не знающий этого красивого слова, в котором живет вечно непостижимая тайна, а за ней – великое чудо. Рождество. Рождество Христово... Вот уже две тысячи лет человечество неустанно пытается осмыслить событие, изменившее мир. Что значит Рождество в жизни отдельного человека и всех нас вместе? Почему с приближением этого дня как-то по-новому особенно замирает сердце и оживает в душе ожидание чуда? Об этом мы сегодня ведем разговор с проректором Ставропольской духовной семинарии, наместником собора Святого Андрея Первозванного архимандритом Романом ЛУКИНЫМ.

– Отец Роман, как известно, в восприятии народном Рождество существует не только как большая дата церковного календаря, но в не меньшей степени – как чудесная сказка: с добрыми героями, добрым сюжетом, где все озарено именно сказочным волшебством. Но как же правильно понять огромный смысл самого события Рождества?

– Общение на занятиях со студентами семинарии и светских вузов, учащимися воскресных школ убеждает: о событии Рождества знают все. Причем малыши, молодежь знают даже больше, чем люди постарше. Могут назвать город, где совершилось событие, пояснить, кто такие были Пресвятая Богородица и Иосиф Обручник, описать подробности – посещение волхвов, видения пастухов… И думается, что такая полнота информации «проросла» из не столь давнего прошлого, простившись с которым люди спешили преодолеть прежний «голод». В последние два десятилетия шло активное восполнение пробелов в знаниях, и, естественно, самыми успешными учениками тут оказались более молодые и восприимчивые. Хотя и старшие поколения отнюдь не стояли в стороне. Однако замечу, парадокс любого праздника церковного, и тем более такого события, как Рождество Христово, заключается в том, что нельзя просто знать о нем, не вдаваясь вглубь, не пытаясь понять, а что же он значит для каждого из нас. К сожалению, нередко получается, что знания-то пока весьма поверхностны. И здесь задача, наверное, прежде всего нас, батюшек, а также миссионеров при содействии средств массовой информации – больше говорить о духовной значимости праздника. Причем значимости лично для каждого человека. Чтобы человек задумался: что же значит для меня Рождество Христово? Колядки, елка, подарки или нечто большее? Нечто столь важное, что должно меня как-то преобразить?..

– Тем не менее, согласитесь, праздник вроде бы не совсем располагает к серьезным размышлениям, праздник – что-то очень веселое.

– Замечательное объяснение слова «праздник» дал один из святителей, живших не так давно. Он вспоминает о ветхозаветной традиции, где соответствующее понятие в переводе с еврейского означало «священные времена». А на русский язык было переведено как «праздник», происходящий от «праздно» – то есть «ничего не делать». Противоречивый смысл получается? Но ведь праздным можно быть от лени, а можно и по-другому: в состоянии печали или, наоборот, большой радости человек тоже остается праздным. Печалясь об ушедших близких или радуясь чему-либо, мы так охвачены этим, что нам ни до чего нет дела… Видимо, наши славянские переводчики, переводя библейские тексты, предполагали следующее: в дни церковных праздников мы должны быть праздными, ничего не делающими в области бытовой, житейской, но должны быть внутренне всецело погружены в переживание события праздника.

А чтобы понимать праздник глубоко, нужно быть в русле церковной традиции. Не случайно празднику Рождества Христова предшествует пост – не только отказ от каких-то видов пищи, но как период духовного подготовления к Событию. Это подготовление продолжается день за днем. Уже в начале поста в ходе богослужений звучат отдельные рождественские песнопения. Они написаны очень давно одним из раннехристианских гимнотворцев, и там есть такие слова «Христос рождается – славьте! Христос с небес – встречайте!». Таким образом начинается подготовка нашей души, наше вхождение в суть предстоящего: идет на землю Спаситель. Да, это Спаситель человечества и в то же время – мой личный Спаситель! Потому что я грешный человек, обуреваемый страстями и пороками, я часто понимаю, что по-человечески, увы, бессилен что либо изменить в этой жизни к лучшему. Нужен Спаситель, чтобы исправить мою жизнь, преобразить меня. Вот это происходит на уровне личном. А если этого вообще не происходит у человека никогда, можно сказать, что его христианская жизнь не состоялась…

– Интересно рассмотреть даже сам филологический термин «рождество». Понятно, от какого корня он произошел, но удивительно, что это слово в языке сегодня существует только для одного события! Словарь Даля объясняет его значение как «годовщина рождения», но ведь годовщина рождения бывает у каждого человека, а Рождество – только Христово. И это, наверное, тоже не случайно.

– Так сложилось, что многие термины церковной традиции относятся исключительно к какому-либо одному событию. Если можно сказать, своего рода «авторское право», пусть с долей некой недоговоренности, но явно действующее. Однако меня пугает другое, то, что сегодня движется к нам с Запада: Рождество становится «политкорректным», «толерантным» праздником. Что я имею в виду? Там стало привычным говорить «С Рождеством», не уточняя – с чьим Рождеством. Есть достаточно нехорошая статистика, свидетельствующая об уходе людей, называющихся христианами, от образа Христа! А ведь в самом образе Христа – и цель пребывания Бога на земле, и цель Спасения. Один из выдающихся богословов начала прошлого века священномученик архиепископ Илларион Троицкий говорил следующее (не обижая никого): если из любой, даже мировой религии убрать или заменить имя ее основателя, сама эта религия все равно будет существовать. А в христианстве Христос – центр всего. Если нет Христа – нет тогда и христианства! Потому что Христос для того и сходит на землю, чтобы каждому помочь – через соединение с ним. И когда в западной традиции Христос забывается, мне видится в этом страшное выхолащивание.

– Как ни странно, но в нашей стране такого нет, несмотря на наш почти век атеизма, а может быть, даже благодаря этому – мы как бы вернулись к изначальному христианству, а Запад за эти сто лет как раз и прошел по пути выхолащивания… Вообще же сам облик Христа осмысливается по-разному. Не секрет, что есть те, кто воспринимает его как вымышленную фигуру, другие считают реально жившим человеком, наделенным впоследствии божественными чертами. Что говорит церковь о соединении в Христе человеческого и божественного начала?

– Знаю точно, что сегодня процент атеистов, сомневающихся в реальности Христа, очень небольшой. По-моему, это даже и не актуально сейчас. Но им можно предложить вот какой аргумент: во-первых, истина не доказуется, она – показуется. Истина о Боге показывается нам через жизнь: попробуй пройти этот путь духовный, и встретишь Бога, Христа, как встречают его многие и многие. Ощути Бога всем своим существом. Если вы хотите встретить Христа, вы должны пройти Путь церковной жизни. И второе: посмотрите на наши святцы, где перечислены несколько тысяч угодников Божиих, а обратимся к истории – миллионы и миллионы людей обращались к христианской вере, спасались ею. Не слишком ли самонадеянно будет говорить, что все они заблуждались, верили в какой-то миф и им жили? Эти аргументы не есть «доказательства», но – свидетельства в пользу христианства.

Другое дело, что область веры в период гонений заняла место где-то очень в глубине души человека, рассуждающего примерно так: «Это мое личное, о чем я никогда не буду разговаривать и это показывать». Оно загнано внутрь, но сидит у каждого! Религиозные потребности естественны, их ничем не вытравишь. Их можно преломить во что-либо, испортить, направить в ненужную сторону. Но они всегда были, есть и будут. Кто-то их выражает очень наглядно – приходя на богослужение, кто-то – смотря религиозные передачи по телевидению, кто-то – читая религиозные книги, кто-то – молясь уединенно, так, что этого никто не видит... Но посмотрите, как много стало молодежи в храмах! И теперь уже это невозможно списать на моду, о которой говорили в начале 90-х годов. Сейчас это уже отнюдь не мода.

– Целое поколение выросло в новых условиях.

– Да. И это поколение свою религиозную потребность проявляет естественно. Есть у нас в Ставрополе Татьянинский храм в светском вузе. Приходят студенты, поначалу смущаются. Начинаю говорить об их проблемах и их языком. И постепенно вижу, как уже по-другому слушают, и не просто слушают, а «мотают на ус». Русская православная культура – явление очень большое и значительное. Отказываясь от которого, человек, по сути, отказывается от великого святоотеческого наследия. Я у студентов спрашиваю: что вы поете, когда ходите рождествовать? «Мальчик с пальчик сел на диванчик, диванчик хруп, подавай, бабуся, рубль…». А вы знаете, что такое колядки? Это не только припевочки, в них такая глубина и богословская, и певческая, и образная! Приглашаю семинарский хор, в его репертуаре есть замечательный подбор колядок – студенты слушают с удовольствием. Потом раздаю им ноты – учат, поют! Уходят счастливые, благодарные: вы нам возвратили нечто очень важное... Вот так шаг за шагом мы пытаемся помочь людям переступить невидимый психологический барьер: раньше ведь считалось – церковь это удел одних бабушек.

– Дело еще и в том, что у более старшего поколения присутствует ощущение некой особенной самоценности: я могу быть с верой, но мне не хочется соблюдать обрядовость, это только мое и ничье больше, потому что это святое и глубоко личное, интимное…

– Одного моего знакомого, так говорившего, священник спросил: а ты жену свою любишь? – Да. – Но ты же вслед за любовью и свою жизнь ей посвящаешь. Нельзя же сказать жене «я тебя люблю» словно раз и навсегда, а дальше, мол, живи как хочешь… Нет, любовь налагает отпечаток на всю твою жизнь! Так и с верой, налагающей отпечаток на твою жизнь. А богослужение – обряд веры, внешняя форма, то, что следует за любовью к Богу.

– Всегда были и есть даже сегодня люди, причем нередко весьма образованные, пытающиеся осмыслить библейские тексты с научной точки зрения, подойти критически, они ищут доказательства Рождества: было – не было… Как относится к ним церковь? Это действительно поиск истины или… И что с этим делать?

– Людей, задающих каверзные, провокационные вопросы, я делю на две группы. Первая – те, кто по своей гордости не может прямо признать: я хочу идти по пути к Богу, я для этого ничего не знаю. Но попросить помощи не хотят, а начинают как бы исподволь задавать всякие вопросы и таким способом тоже «добывают» полезную информацию, кружным путем идут к Богу. Вторая группа провозглашает себя атеистами, кои мне представляются больными духовно, хотя я вовсе не хочу никого этими словами обижать! А попытки науки объяснить Священное Писание свидетельствуют, что тема интересует, волнует.

– К тому же многие подобные «исследования» вызывают ощущение: все эти выводы и размышления – одно, а где-то там, в подтексте – есть Нечто...

– Таков их поиск Бога и веры. Правда, хуже, когда они начинают учить и делают это тенденциозно… Как пыталась русская интеллигенция начала ХХ века…

– Думаю, в чем будут едины все – и верующие, и сомневающиеся, это в том, что христианство оказало огромное воздействие на мировую культуру – словесность, живопись, все виды искусства. И тема Рождества тоже занимает в этом свое значительное место. Какие великие художники посвящали свое творчество этой теме. И вряд ли это можно объяснить лишь тем, что якобы был спрос.

– Во все времена интеллигенция, аристократы духа не могли быть в стороне от главных вопросов жизни – вопросов веры. И всякий раз, отражая события евангельской истории, в том числе и Рождества, они тем самым отражали свою веру, свое видение события. Отражали с учетом собственной эмоциональной специфики. И это тоже прекрасно, поскольку всегда по-новому выражает глубину события. Мы, православные, считаем идеалом отражения Рождества Христова икону. Потому что икона бесстрастна, она создает духовную атмосферу. Что вовсе не мешает нам высоко ценить выдающиеся достижения мировой литературы и искусства. Все это помогает человеку через опыт других найти свой путь к Христу, увидеть те личностные оттенки, которые каждый может взять себе на духовное «вооружение». Современный пример – фильм «Страсти Христовы»: сколько споров он вызвал в силу именно того, что так ярко отразил личное восприятие ряда людей. А через это восприятие многие посмотревшие картину пришли к вере, потому что душа их вздрогнула, откликнулась и – изменилась. Почему бы и нет?

– Мы испытывали это в ту пору, когда еще не ходили в церковь, но ходили в музей и смотрели на полотна именно религиозного содержания, и именно они вызывали наибольший отклик. Видимо, таким образом шло восполнение недостатка в реализации собственного религиозного чувства.

– Классическое русское искусство, русская литература, русская музыка были пронизаны евангельским духом. Но, кроме них, носителями знания о традиции были бабушки и дедушки, на уровне семейном они передавали это детям и внукам. И это тоже был свой путь духовного воспитания: бабушки учили колядкам, рассказывали о Рождестве, но самое главное – они реально показывали на своем примере, каким должен быть христианин.

– И при этом – никакой назидательности или навязчивости. Зато получалось так, что появлялись свои чудесные загадки, которые в педагогике способны сделать много. А какие замечательные святочные рассказы можно найти почти у каждого нашего классика. Кстати, что можно посоветовать нашим читателям почитать о Рождестве?

– Думаю, многим будет интересно «Лето Господне», «Богомолье» Шмелева – вполне доступное и весьма достойное чтение, написанное от имени мальчика, жившего в конце ХlХ – начале ХХ века. Автор очень трогательно передает переживание Рождества на народно-бытовом уровне, понятном каждому. Тем, кто пытается богословски проникнуть в суть темы, рекомендую произведения современного автора протопресвитера Александра Шмемана, а также проповеди митрополита Антония Сурожского.

– Отец Роман, расскажите немного об иконе Рождества Христова: как она выглядит в православной традиции.

– Сегодня можно встретить разного вида иконы Рождества Христова. Есть написанные соответственно канонам четырнадцатого и канонам девятнадцатого-двадцатого веков. Первые отличаются аскетичным, лаконичным выразительным языком, в центре изображена Богородица с Богомладенцем, есть волхвы, ангелы, пастухи... Небольшие «дополнительные» сюжеты, словно обрамляющие основной, – своего рода благоукрашением образа. Нетрудно заметить, что на этих иконах незначительное место уделяется Иосифу, бывшему лишь Обручником. В отличие от позднекатолической традиции, отдающей ему едва ли не равное место с Богоматерью. Более близкие к нам по времени иконы уже насыщены эмоциями – эмоциями радости в данном случае, они более реалистичны, возможно, это и неплохо. Я вообще очень рад этому многообразию. Человек выбирает ту икону, ту манеру изображения, которая ему ближе. На первых порах воцерковления реалистическая икона более понятна, а человеку «продвинутому» в духовной жизни ближе старинная манера, сосредотачивающая нас на духовной стороне изображения.

– Православная иконопись показывает совершенно особое место Богородицы, это соответствует как вероучению, так и народному восприятию образа.

– Пресвятая Богородица послужила величайшей тайне богорождения. Эта беспорочная девушка стала подарком человечеству и одновременно подарком человечества – Богу. Церковные песнопения называют ее «честнейшая херувим» и «славнейшая серафим», ставя выше ангелов. Только Она достойна была стать матерью Спасителя. Именно в Богородице человек видит идеал материнства. Она страдает вместе с Сыном, смиренно претерпевает все испытания и лишения. Она же, зная слабости и греховные наклонности человека (поскольку сама – из людей), становится нашей печальницей и заступницей, близко воспринимая все нужды и просьбы. Меня трогает одно из повествований о праведном Андрее Христа ради юродивом. Этот византийский святой был свидетелем того, как Пресвятая Богородица однажды простерла над молящимися в храме свой покров – откуда праздник Покрова. Когда пришло время преподобному Андрею отходить в царство небесное, в момент блаженной кончины его сопровождал Ангел, который показал ему, как человеку святому, все стороны райской жизни, и Андрей увидел всех апостолов и угодников Божиих, но не Богородицу. И спросил: а где же Пресвятая Богородица? И Ангел ему ответил: она на земле, она там, где это сейчас необходимо, утирает слезы плачущим, ободряет павших... Ее образ близок всякому человеку – и в силу материнства, и в силу жертвенности и чистоты. И недаром во второй день после Рождества Христова всегда, уже две тысячи лет вспоминается Пресвятая Богородица. Это ее праздник.

– В чем особенности Рождественской службы в храме?

– Предваряет ее великое повечерие – особое, совершаемое всего лишь три раза в году. Это большое праздничное богослужение, плавно перетекающее в утреню. Звучит красивое возвышенное песнопение, которое я уже приводил, канон святителя Григория Бого-слова: «Христос рождается – славьте! Христос с небес – встречайте! Христос на земле – возноситесь!». Христос на земле – для того, чтобы мы возносились... Затем начинается главное богослужение суточного и годичного круга – Божественная литургия, во время которой каждый православный должен причаститься святых Христовых тайн (предварительно попостившись и исповедавшись), чтобы всем своим существом ощутить радость праздника. После чего наступает разговение – вкушение праздничной пищи. А далее в течение всей недели принято рождествовать, ходить в гости даже без приглашений! Неся, однако, с собою знание православных гимнов, колядок, кантов, а их очень много, помогающих выразить чувства: я пришел вас поздравить, передать радость вашему дому.

Именно этой светлой Рождественской радости каждому дому и хочется пожелать!