Прошло уже более двухсот лет с того момента, когда немецкий естествоиспытатель Иоахим Гюльденштедт описал в своей книге стоявшую в окрестностях Пятигорска каменную статую, а споры вокруг нее до сих пор не утихают. Ученые не могут расшифровать выбитую на ней надпись и соответственно определить, кто и когда установил идола. К разгадке древней тайны присоединился ставропольский путешественник и краевед Владимир Симонов, который полагает, что ему удалось прочитать каменное письмо. Своей версией он поделился с нашей редакцией:

– Летом 1771 года Иоахим Гюльденштедт зарисовал статую, увиденную им на берегу реки Этоко (притока Подкумка), и рисунок, вместе с подробным описанием, был опубликован в его книге «Reisen burch Rusland und im Caucasischen Geburg». Затем рисунок был повторен в книге, описывающей путешествия по России Яна Потоцкого, вышедшей в Париже в 1829 году.

Обратил внимание на эту статую и российский канцлер Николай Румянцев. В своем письме от 23 июня 1823 года митрополиту Евгению Болховитинову из Целительных Вод дал подробнейшее описание памятника: «Монумент состоит из одного гранитного камня вышиною в 8 футов и 8 дюймов. Очень грубо изображает человеческую фигуру с руками до самого пояса, а ниже пояса видна надпись. Она тем более интересна, что начертана на неизвестном языке буквами, составленными частью из греческих, а частью из славянских. После подписи высечены разные грубые фигуры. Одна изображает двух рыцарей. Лицо у статуи похоже не на монгольское, ибо нос длинен, и не на черкесское, будучи слишком кругло. Но что всего любопытнее и что может привести к разным заключениям, то это изображение маленького креста, находящееся на задней части воротника».

Изучением перевезенной в Москву Этокской статуи занимались многие историки, в том числе знаменитый русский археолог XIX века Алексей Уваров. В 1886 году академик Василий Латышев попытался прочесть надпись по-гречески, для чего он ввел много новых букв, а рунические буквы истолковал, как искаженные греческие. У него получилось «Упокоился раб Божий Георгий грек...». Сам памятник он отнес к XII веку. Тогда же правильность расшифровки Латышева была оспорена многими историками.

Популяризатор славянской культуры и писатель Александр Асов полагает, что надпись сделана пелласго-фракийскими рунами с использованием греческих букв. У него получилось: «О-о-м! Бог мой! О-о-м Хайе! О-о-м Хайе! О-о-м Хайе! Подплыл к Тебе мой Царь! Верьте — тот Бус был лучшим Бусом! Бусе — Побуд Руси Божией — Рек о Бусе Боян».

– Я же полагаю, что ключ к разгадке следует искать в толковании смеси греческих и славянских букв, так называемой «глаголицы», – заявил Симонов. – Согласно моему методу, первая строчка читается как «ЕН ЕЖЕ АС», что в переводе на современный русский язык означает: «Я ЯВЛЯЯСЬ КНЯЗЕМ». Продолжая в том же духе, получается: «Я являясь князем всех гоев говорю: «На эту гору нартов поселил, и гой, который клянется во лжи, который тать (вор) в части леса, а кто решит иначе, Коляда его осудит как гада».

Такая расшифровка дополняется выбитыми на памятнике рисунками. На лицевой части, в ознаменование заключенного договора, два вождя воинственных племен (изображение двух вооруженных копьями всадников – то есть рыцарей, о которых писал Румянцев) вместе поднимают чашу с вином над большим сосудом. Стоящий слева князь славян протягивает чашу князю нартов, позади которого его соплеменник изображен в позе просителя на полусогнутых ногах. Рисунок пастуха с животными означает, что нартам разрешается использовать пастбища для выпаса скота и также дозволяется охотиться на диких зверей, что символично показано изображением лучников, загонщика и оленя. И самое удивительное – изображение высечено на правой стороне монумента: верхний воин отсекает мечом дурную мысль о захвате чужого имущества, что отображено в виде руки, закованной в цепь.

Таким образом, возможно, что Этокская статуя – документальное подтверждение договора о праве проживания на территории славян некоего племени нартов, и еще одно свидетельство в пользу версии о том, что прародиной славян было не только Приднестровье, но и земли Северного Кавказа, выдвинутой, кстати, еще в 1580 году поляком Матфеем Стрыйковским.