Вот уже полгода как заступил на Ставропольскую кафедру Русской Православной Церкви его преосвященство епископ Феофан, прибывший на «горячий» Кавказ буквально с вечной мерзлоты – из далекого Магадана. Как же встретила южно-российская земля нового духовного пастыря, с какими проблемами пришлось ему здесь столкнуться и как эти проблемы удается решать? Недавно наш корреспондент встретился с епископом Ставропольским и Владикавказским Феофаном и попросил его рассказать о сегодняшней жизни православия в регионе, о его видении важнейших задач, стоящих перед служителями церкви в современной России. Я почувствовал свою сродненность с людьми

– Владыка, в мае этого года вы прибыли в Ставрополь как духовный лидер, назначенный Патриархом. А как сегодня вы себя ощущаете – назначенным или уже признанным народом пастырем?

– Думаю, что о признанности лучше спросить у самих людей, жителей региона. У меня же сложилось за прошедшие месяцы такое ощущение, что я сроднился со своей паствой, неплохо ориентируюсь в имеющихся проблемах, знаю, что нужно сделать, на что обратить внимание в первую очередь. Внутренне я чувствую, что стал близок и пастве, и духовенству. И, что немаловажно, нахожу полное взаимопонимание с руководителями края и республик, входящих в епархию. Добрые отношения сложились у нас и с губернатором А. Черногоровым, и с председателем краевой Думы Ю. Гонтарем. Другой вопрос, как быстро могут быть решены те или иные вопросы, поставленные мной в беседах с ними. А вопросов много – и хозяйственного, и, так скажем, идеологического характера, подразумевающего понимание роли церкви в обществе, в государстве, конкретно в нашем крае.

– Эта, как вы выразились, сродненность базируется, по-видимому, на каких-то конкретных фактах?

– Конечно. Например, высшие руководители края неоднократно озвучивали и подтверждали свою готовность приступить к воссозданию кафедрального Казанского собора в Ставрополе. И в целом по краю идет огромное храмовое строительство, которое практически повсюду находит поддержку местных руководителей. В чем еще раз убедила меня недавняя поездка в Степновский район, где, кстати, довелось встретиться не только как епископу со своей православной паствой, но и с мусульманской частью населения, мусульманским духовенством. По сути, это была совместная акция властных структур и двух основных конфессий, наметивших единые действия по оздоровлению духовно-нравственного климата в регионе. И она стала ярким свидетельством общего нашего стремления мирно обустраивать общий дом – Ставрополье.

– И каково ваше впечатление от атмосферы, существующей сегодня на востоке края?

– Мне представляется, что ситуация там не такая катастрофическая. Да, она напряженная, непростая, и это объяснимо всем ходом жизни последних лет, прежде всего близким соседством все еще неспокойного Грозного. Но былая растерянность, кажется, проходит – и у руководителей, и у народа. А это так важно, чтобы люди не чувствовали свою оставленность, брошенность. Чтобы они желали сами укреплять свое «гнездо», свою малую родину, были бы на ней хозяевами. Безусловно, им необходимо совершенно особое внимание и поддержка со стороны государства. Причем это должно быть заботой не только краевых властей, но и федерального центра. В меру своих возможностей я буду говорить об этом на всех уровнях.

– Вы недавно вместе с муфтием Карачаево-Черкесии и Ставропольского края И. Бердиевым встречались с Патриархом Московским и всея Руси Алексием ll. Эта беседа, видимо, также за-тронула известные проблемы жизни региона.

– Конечно. И я не просто информировал Святейшего о ситуации, но в определенной степени настойчиво просил его как Печальника земли Русской донести и до президента всю сложность положения – не столько даже духовного, сколько широкого общественного характера. И с воодушевлением почувствовал готовность Патриарха вести такой диалог с власть имущими, знакомить их с позицией православной церкви. Прежде всего с нашими усилиями, направленными на поддержку населения этих районов, живущего, прямо скажем, все еще в прифронтовых условиях.

– Вы за прошедшие месяцы много ездили по епархии, встречались с многими людьми, знакомились с жизнью края и республик. И, наверно, наметили для себя какие-то приоритеты.

– Одна из главных забот для меня сегодня – это проблема налаживания сотрудничества церкви и системы образования. Церковь, православие не должны замыкаться стенами храма. Надо вести духовное просвещение шире, проповедуя высокие истины и идеалы не только с церковных амвонов, но и в широких общественных аудиториях. Стараюсь сам этому следовать и настраивать служителей так же. В своих поездках по епархии помимо богослужений в храмах обязательно беседую с прихожанами, встречаюсь с руководителями территорий – города, села, района, рассказываю людям о сегодняшних взаимоотношениях церкви и государства, церкви и школы. При этом всякий раз поднимаются нравственные проблемы, остро стоящие в стране. И начинается диалог: как жить дальше?

На многих этих встречах люди поднимали тему сектантства, причем это звучало не только из уст православных, но и мусульман тоже. Ведь кто такие пресловутые ваххабиты – те же сектанты. А государству нашему пора осознать, что проблема сектантства – проблема не одной церкви, это беда общественная. Деятельность сект тоталитарного характера наносит страшный удар по духовному здоровью нации. Могу сказать, что вот, например, в католической Испании запрещены иеговистские общины, а во Франции им не случайно предложили регистрироваться не как религиозной, а как общественно-политической организации. Таким образом общество защищает национальные духовные устои.

– У нас же теперь все разрешено. Почему? Разве нам не дороги наши устои? Речь ведь идет, по сути, о духовной безопасности всего общества.

– Этот вопрос следует, очевидно, задать российским законодателям, разрабатывающим наши законы. Православные граждане России, также являющиеся субъектами права, могут внести и свои предложения по данной проблеме.

Есть у меня мечта – воссоздать в Ставрополе Иоанно-Мариинскую женскую обитель, существовавшую до 17-го года. Кстати, на ее территории сейчас не все ладно с вопросами землепользования. А ведь эти земли когда-то принадлежали монастырю. И нужно их возвращать церкви – это моя принципиальная позиция, которую я намерен отстаивать и далее. Мы ведь не просим средств, нет – будем восстанавливать сами, всем миром. А при обители думаем открыть приют для бездомных девочек: сколько их сейчас бедняжек бродит неприкаянно по городам и весям! Здесь же они могут не только обрести приют и заботу, но и получить образование, и излечиться нравственно. С Божьей помощью, надеюсь, мы этого добьемся.

– Затронув проблему образования, вы имели в виду не только среднюю, но и высшую школу?

– Сотрудничество с вузами – весьма важная составляющая этой работы. И у нас уже есть хороший опыт: например, взаимодействие семинарии и университета, семинарии и военного авиаучилища. Собираюсь и лично встречаться как с преподавателями, так и со студентами. Сегодня некоторые светские профессора читают лекции в семинарии, а мы, в свою очередь, будем приглашать известных богословов и философов из Москвы, чтобы они выступали перед вузовской аудиторией. Такой диалог чрезвычайно необходим. Ведь мы – церковь и общество – сегодня просто не знаем друг друга! Нужно это поправлять. Как и происходит на ставших регулярными встречах семинаристов и курсантов военного училища: здесь ребята-сверстники знакомятся ближе, говорят порой просто о жизни, и это замечательно. Вот из таких встреч вырастает реальное взаимопонимание. Хотелось бы, чтобы такие добрые отношения складывались не в одном Ставрополе, а повсеместно, тогда духовное влияние церкви станет полнокровным.

– Владыка, заступив на Ставропольскую кафедру, вы тем не менее продолжаете и столь знакомую вам по предыдущим годам международную деятельность.

– Да, в октябре довелось в качестве личного представителя Святейшего Патриарха принять участие в межконфессиональном симпозиуме, проходившем в Стамбуле. Состоялся очень полезный диалог лидеров различных религиозных организаций, который я бы охарактеризовал как одно из средств нашего совместного противостояния экстремизму. Такие встречи очень нужны. И в рамках такого авторитетного института, как Всемирный Русский Народный Собор, и на всех других возможных уровнях.

Наше общество, чего скрывать, часто просто не понимает задачи церкви, сводя все лишь к личному, к обряду. Между тем на церкви, как мы знаем, всегда лежали огромные задачи общественно-государственного значения. Будь то вопросы нравственного воспитания, социальные или культурные программы. Когда-то социалистическое государство, отказав церкви «в доверии», взвалило все эти задачи на себя. Теперь мы видим, к чему это привело. А потому надо возрождать доброе сотрудничество. Такое, какое сейчас складывается между епархией и министерством образования края: имею в виду совместную программу преподавания учителям основ православной культуры на базе института совершенствования педагогических кадров. Мы прекрасно понимаем, что в освоении школой этого курса первые наши помощники – учителя, ведь не всякий хороший священник может быть и хорошим педагогом. С другой стороны, не должно быть и такого, что вчерашний преподаватель атеизма сегодня «переквалифицировался» на основы православной культуры…

– Вас пригласили работать в Священном синоде РПЦ. Что под этим подразумевается, в чем будет выражаться эта работа?

– Она означает полноправное участие в руководстве всей церковью, в решении всех церковных проблем, в том числе кадровой политики, назначения епископов на кафедры, открытия новых духовных школ, законодательной работы над Уставом церкви, уставами духовных школ, церковного суда, словом, всего, что входит в компетенцию Синода. С одной стороны, в этом можно усматривать дополнительную нагрузку, с другой – свидетельство повышения статуса епархии, ее роли. Насколько я знаю, ранее ставропольские правящие архиереи к деятельности Синода не привлекались.

– Сейчас в епархии идет большое храмовое строительство. В одном лишь Ставрополе строятся церкви Блаженной Ксении Петербуржской, Александра Невского, идет капитальный ремонт в Крестовоздвиженской… Как вы уже упомянули, идет подготовка к воссозданию Казанского собора. Говоря, быть может, несколько обывательски, не многовато ли все сразу? Порой слышишь, вот, дескать, больниц нет, а церкви строят…

– Мне уже задавали подобные вопросы. Отвечу: а разве те же магазины, школы, поликлиники мы строим не одновременно? Ведь человеку нужно и одно, и другое, и третье. И храмы – не в последнюю очередь! Менталитет нашего народа таков, что нередко, прежде чем пойти к врачу, он идет куда? – в церковь. Да, мы начали много строек и с Божьей помощью будем их вести. Моя позиция такова: смотрю, каков в храме настоятель. Если вижу, что не справляется, ищу другого. И такие примеры уже были. Впредь намерен сам следить за строительством храмов. Да что говорить о храмах, когда мы видим, какие кругом дворцы возводятся! Значит, есть деньги? Видимо, надо учиться их аккумулировать, чтобы имущие сограждане не забывали направлять толику доходов и на Дом Божий. Надо всем, и богатым в том числе, помнить: все под Богом ходим.

– В этом отношении у вас есть весьма показательный магаданский опыт. Удастся ли в Ставрополе, например, восстановить Казанский собор, разговоры о котором идут уже более десяти лет?

– Да, в Магадане мы за два года построили большой собор, да и не один, и это – на вечной мерзлоте… Уверен, в Ставрополе будет Казанский собор! Причем именно в своем первоначальном историческом виде. То же, чего недостает старому проекту, можно добавить, как это делалось в Москве при восстановлении Храма Христа Спасителя. У нас есть молодой архитектор, недавно защитивший диплом как раз на проекте воссоздания Казанского собора, его весьма интересные разработки постараемся использовать. Не сомневаюсь я и в слове губернатора края и председателя краевой Думы, обещающих конкретное содействие, не сомневаюсь также и в общественности Ставрополья, которая не останется в стороне.

– Владыка, мы живем сейчас в предвыборной ситуации. Знаю, что церкви далеко не всегда удавалось оставаться вдали от политики, несмотря на закон. Как вы настраиваете служителей и паству вести себя в этой обстановке?

– Так, как велят церковные и гражданские законы: не вмешиваться в политическую борьбу, не позволять себя втягивать в разного рода призывы и агитацию. Церковь – это нейтральное поле, где можно встретить людей самых разных взглядов и убеждений. Прямое участие церкви в выборной кампании исключено. Как пастырь скажу: молиться надо! И разум иметь, вглядываться в ситуацию. Я советую и духовенству, и прихожанам подходить к выборам небезразлично, поскольку это ведь очень ответственный момент в жизни общества, страны. И у нас с вами есть немало возможностей понять «кто есть кто», какой кандидат чего заслуживает. Но нельзя быть безразличными, нельзя отдавать не думая в чьи-то руки судьбу нашей страны. Я за то, чтобы каждый гражданин активно участвовал в выборах, но очень разумно, взвешенно. Уж пусть, что называется, вспотеет бюллетень в руке, прежде чем вы поставите галочку за какую-то партию, какого-то кандидата. А не так, чтобы лишь бы вычеркнуть. А что если ты вычеркнул свою судьбу, свою будущую пенсию?..

– В декабре исполняется 160 лет со дня основания нашей Ставропольской епархии. Как будет отмечаться эта дата?

– Мы не стремимся к особой пышности, но ряд мероприятий намечаем. В первую очередь это, конечно, особые молитвы в храмах. Недавно, как вы знаете, начался общеепархиальный крестный ход с Моздокской иконой Божией Матери, старейшей на Кавказе православной святыней. В нем за все время хода примут участие тысячи людей. В Ставрополе пройдет научно-практическая конференция с участием представителей властных структур, научной общественности. И почти в это же время состоится Съезд православной молодежи Южного федерального округа, где будут обсуждаться задачи церкви и общества в сфере молодежной политики.