С первого февраля вступил в силу новый Гражданский процессуальный кодекс

Не успели мы привыкнуть к изменившимся положениям Кодекса об административных правонарушениях (КоАП), который некоторые «шалости» (например, превышение скорости более 60 километров в час) перевел в разряд правонарушений, как с 1 января 2003 года в действие вступил новый Уголовно-процессуальный кодекс, также принесший немало неожиданностей: некоторые юристы вполне справедливо называют его «Уголовно-процессуальной крышей».

И вот еще одно новшество – Гражданский процессуальный кодекс. Не будем давать документу юридическую оценку, а попробуем разобраться: как же он отразится на жизни простого обывателя? Словом, что новый кодекс нам готовит?

Замысел разработки нового ГПК возник лет пятнадцать назад, так как юристы и правоведы прекрасно понимали, что действующий, принятый в 1964 году, безнадежно устарел. Работа «закипела» в начале 90-х годов, но лишь в 2000-м Верховный суд внес законопроект на рассмотрение Государственной думы РФ. И только через два года он, пройдя первое и второе чтения в нижней палате парламента, Совет Федерации, попал на стол президента. В ноябре прошлого года В. Путин его подписал.

Собственно говоря, новшеств в Кодексе три. Первое касается принципа, по которому будет работать суд, так называемая состязательность сторон. То есть на плечи истца и ответчика теперь ложится бремя доказательства своей правоты и неправоты стороны противоположной. Судья же, руководствуясь полученными данными, лишь определяет обстоятельства для принятия правильного решения. Раньше судья имел право изучить дело всесторонне, запрашивая по своему усмотрению те или иные доказательства – справки, документы, заключения и так далее. Теперь ему оставлено лишь право назначать экспертизу.

Второе. По новому Гражданскому процессуальному кодексу срок рассмотрения дела в суде ограничивается двумя месяцами. Положительный момент в том, что теперь исключается возможность затягивания судебного процесса и рассмотрения дела годами, что не так уж и редко встречалось в судебной практике. И именно на повышение эффективности работы судов рассчитывали разработчики кодекса, принимая это положение. Однако, с другой стороны, такие жесткие рамки ограничивают время сбора доказательств как для истца, так и для ответчика. Не успел предоставить нужную справку – пеняй на себя, дело проиграно. Сколько времени иной раз требуется угробить на получение какого-либо документа в наших неповоротливых учреждениях, знают, пожалуй, все. Так что, прежде чем обратиться с иском в суд, нужно десять раз продумать все до мелочей.

У этого нововведения есть и такой аспект. Каждый ли районный судья, учитывая их огромнейшую загрузку, успеет рассмотреть дело за два месяца? А если и успеет, как это скажется на качестве правосудия? Не возрастет ли процент судебных ошибок?

И последнее. Теперь в суде не будет привычных народных заседателей. Они просто-напросто упразднены. Дело рассматривает судья единолично. А в случае кассации или надзорной жалобы – втроем, с двумя коллегами.

Мнение на этот счет двоякое. Судьи, разумеется, «за». О бесполезности народных заседателей они говорили давно, за глаза называя их «кивалами», поскольку чаще всего в судебных заседаниях и при вынесении приговора те старались согласиться с профессионалом – судьей. Выглядело это так. В судебном заседании судья бросал несколько слов одному заседателю, второму. Причем оба согласно кивали головами (отсюда и «кивалы»), а потом произносил: «Суд, совещаясь на месте…». Хотя понятно, какое там совещание! Однако, с другой стороны, нельзя отрицать и тот факт, что институт народных заседателей поддерживал в обществе право граждан на участие в судебном процессе (статья 32 Конституции РФ). И не так уж редко случалось, что принципиальный народный заседатель оказывал на ход процесса самое серьезное влияние. Опять же – троих всегда сложнее подкупить, чем одного…

Жанна ЩЕЛКУНОВА