Нервно теребя в руках сумочку и осматриваясь в ожидании по сторонам, Ольга пыталась успокоить себя тем, что в этой ситуации она не первая и, конечно же, не последняя. Хотя, все еще надеясь на что-то, скрывала свое решение даже от некоторых близких. "А вдруг он не придет?", – эта мысль болезненно курсировала в голове, посекундно меняя оттенки – от надежды к жалости, от обиды за себя и ребенка к полному отчаянию. Но, увидев наконец-то силуэт мужа, она без сомнений открыла массивную казенную дверь.

Уже через несколько неприятных минут они молча, в полной неизвестности и тревоге разошлись в разных направлениях. С одной стороны, наступило облегчение – теперь позади несколько месяцев взаимного раздражения, обид, скандалов, с другой – где найти ответы на жизненно важные вопросы: как сложится жизнь дальше, как одной вырастить ребенка, неужели ждет нищета, сын без отца осиротеет, а она в одиночестве будет "горе горевать"?..

Чтобы как-то прийти в себя, да и на случай непредвиденных выпадов со стороны отвергнутого мужа, она отправила сына к бабушке. Настроиться хоть немного оптимистично не хватало ни душевных, ни физических сил. И тогда Ольга решила найти свою старую записную книжку. Было неловко звонить подругам со школьной скамьи, ведь на каком-то отрезке времени их интересы разошлись именно по "семейной" причине. Тогда, три года назад, она иногда себе даже позволяла снисходительно-высокомерное отношение к их не совсем сложившемуся "социальному статусу". Видимо, и мысли не возникало, что сама может оказаться в таком же положении. К тому же муж подружек не очень-то жаловал, все больше навязывая свой круг общения – в основном с "нужными людьми". А потому и дружба их постепенно как-то подзавяла. Но теперь-то совсем другое дело. Лишь бы они поняли и простили.

И они поняли, причем уже через пару часов сидели у заметно осунувшейся Ольги дома, перебивая друг друга вопросами: "Что ж ты раньше не сказала?", "Кто бы мог подумать?", "Стоит ли так расстраиваться?", "Ты хоть понимаешь, что жизнь только начинается?"... Ольга плакала, еще до конца не осмыслив весь "ужас" случившегося. И тогда, перехватив инициативу, они поделились с ней своими реальными и вполне жизнеутверждающими историями "жизни после развода", которая, как оказывается, продолжается...

У Маши, вроде бы домохозяйки по призванию, всегда не хватало денег, поскольку муж снабжал семью "по остаточному принципу", уж слишком он ценил свои законные мужские увлечения – хороший автомобиль, поездки с друзьями на рыбалку и охоту в самые экзотические (и весьма недешевые) места и т. п. Ей долго приходилось мириться в силу своего положения с этой постановкой вопроса. И хотя вовсе не эти хобби стали причиной их развода, она после него осталась буквально у разбитого корыта. Чего стоило этой хрупкой и неприспособленной женщине, к тому же не имеющей хоть сколько-нибудь востребованной на сегодняшний день профессии, встать на ноги! Но "позади" всегда были дети, а потому пришлось взвалить на свои немускулистые плечи огромные баулы с товаром, таскать их по рынкам и автобусам, стоять зимой в валенках в своей торговой палатке. Однако она не огрубела и не озлобилась, а за пару лет открыла свой небольшой магазинчик детских игрушек, что сейчас дает безбедное существование. Но все равно Маша считает, что все это – не ее, и теперь собирается наконец-то заняться своим образованием. А главное, что эта слегка затюканная когда-то домохозяйка ничего уже в этой жизни не боится.

Ира после развода осталась на более крепких материальных позициях, да и родители всегда помогали. Муж ушел в другую семью, а до этого она долго и унизительно не давала ему развода, прежде всего боясь, что дети останутся без отца. Хотя назвать его хорошим отцом никто тогда бы и с натяжкой не мог, видимо, слишком уж поглотил роман с той женщиной, да и бесконечные скандалы в доме. Как ни было горько, но после полного разрыва Ира не стала препятствовать его встречам с детьми. И произошли удивительные метаморфозы: нерадивый папаша вдруг начал понимать, как ему дороги сын и дочь, и превратился в прямо-таки образцово-показательного отца, старающегося при первой возможности увидеться с детьми, куда-то их вывести и вывезти, оказать материальную помощь, даже зайти в школу. Кто бы мог предположить такое рвение, но детям, как это ни парадоксально, в данном случае даже стало лучше, чем до развода. А у Иры жизнь потихоньку налаживается. Правда, пока она еще не хочет никому представлять своего "друга", говорит, надо еще посмотреть, каким он будет отцом.

Выскочившая замуж сразу после первого курса Лена спустя несколько лет не смогла удержать семейную лодку на рифах быта и после затяжной депрессии – причиной которой были не дети и даже не материальные проблемы, а страх остаться одной, – горячо убеждала подруг в том, что теперь ничуть не жалеет о своем разводе, а даже благодарна этому факту биографии. Слухи о дефиците потенциальных мужей, а тем более приятелей, считает слишком преувеличенными. Просто теперь она сама – свободная женщина, к тому же обладатель бесценного жизненного опыта, который дает ей возможность лучше разбираться в мужчинах, не бросаться в объятья первому встречному и не стремиться под венец. И вообще, однажды сделав нужные выводы, стоит ли оглядываться назад?

...Они еще долго сидели, переворошили в памяти всех хорошо и плохо знакомых женщин, которые тоже развелись и жизнь которых, конечно же, сложилась по-разному. Но что интересно – ни одна из них не пропала! А Ольга впервые за долгое время смеялась: страх перед будущим потихоньку отпускал ее. Наверное, все наладится – точно наладится.

Наталья ЧЕРНИГОВА